Я отставил чашку, и начал ерошить чуб – долго ерошил, потом начал мусолить обеими ладонями лицо – и тоже долго мусолил, пока Нора не шлёпнула мне по руке. Я устал за день, и мне не хотелось ни оправдываться, ни спорить. Я вздохнул и посмотрел в потолок. Мне было смешно. Возможно, на нервной почве.
- Я тебя очень прошу, - сказала Вероника, по-прежнему не глядя на меня. - Я понимаю, девочкам охота похулиганить с тобой. Они оперились, осмелели. Но приходят посторонние. В дверях кто-то толчётся вечно… Вы разыграетесь, а мне потом отвечать.
- Спасибо за чай, - сказал я и встал, стараясь не заржать. Бесполезно было объясняться.
- И пожалуйста, - с нажимом сказала Вероника, - не забывай о технике безопасности. Никаких волькад с девчонками.
- Какие волькады, господи, - я пожал плечами. – С чего ты взяла? Я что, не понимаю? Мне это в голову не пришло бы.
- Да вот именно, что в твою голову может прийти что угодно! - сердито возразила Вероника. - Я не удивлюсь даже, если обнаружу тебя с какой-нибудь девочкой в подсобке. Но ты понимаешь, чем это грозит?
- Нас выметут из дворца в пять секунд с жёлтым билетом, - сказал я смиренно.
- Вот как раз не выметут! У нас хорошая защита. Но резонанс будет неприятный. А мне придётся с этими людьми работать и каждый день общаться. Тебе-то ничего не будет…
- Да уж, не будет… - проворчал я. – Как же… меня-то как раз первого измордуют.
- Я не прошу ничего сверхъестественного. - Вероника отвернулась и стала мешать ложечкой остывший чай. - Просто не забывай: девочки – это не я. Они не профессионалы. Плохо подготовлены, плохо растянуты, плохо скоординированы. Не дай бог, травма…
- Что ты там натворил-то? - весело толкнула меня в бок Нора, выходя вслед за мной в коридор.
- Да ничего я не творил, - я пожал плечами. - Покачал девчонку на колене. В рамках изучения ганчо.
- Ну-ка, покажи!
- Да отстань ты!
- Ну, покажи! Жалко тебе? Что там такого ужасного было?
- Да ничего ужасного не было... Ну, ладно, иди сюда.
Я поставил её в позицию и показал. Нора фыркнула.
- Ну, ничего такого травматичного нет, но свежий человек подумает неприличное.
- Да не было там никаких свежих людей. Что я, дурак? Не знаю, что на неё нашло. Мне ещё и днём досталось. Хотя, конечно, нервничает, завтра прогон. Куча недоделок, с платьем там что-то не так, завтра с утра надо будет подгонять…
- Да ревнует она просто, - хмыкнула Нора.
- Что? Она? Ревнует? – я вытаращил глаза.
- Конечно. К принцессе твоей. Она же видит, как ты изменился. У тебя подъём, радость так и прёт…
- Слушай, неужели так заметно? - я сел на диван. - И вот теперь надо ревновать и грызть из-за всяких глупостей?
- Ну… женщины так устроены, - усмехнулась Нора. – Самые лучшие из них не любят уступать своих мест. Они – королевы. А принцессы – на вторых местах.
- Кстати, о принцессах, - спохватился я и повернулся к ней. - Получилась у тебя авантюра с билетами?
- Ну, как тебе сказать…
Нора принесла из прихожей сумку, щёлкнула замочком. Вытащила бумажки и подала мне.
- В общем так. На восьмое уже не было, только на девятое. В твою голову слишком поздно приходят грандиозные планы.
- Отлично, - сказал я, забирая авиабилеты и пряча их в карман. – Окей. Спасибо тебе, Снегурочка.
- И не рядом, - предупредила Нора. – В разных местах. Я вообще чудом их схватила.
- Да наплевать. Поменяемся там…
- Дело твоё, конечно, но я считаю, что это риск. У неё могут быть свои планы на праздники.
- Мы вместе собирались провести праздники, - возразил я.
- Романтично, конечно, слетать на один день к морю, но...
- Вот поэтому мы и полетим, - перебил я.
- Всё-таки, я бы на твоём месте предупредила. Ты уверен, что она захочет? Что будет рада?
- Уверен. Она не такая зануда, как некоторые. Я хочу, чтобы был сюрприз. В конце концов, сдадим мы эти билеты, если будет форсмажор. На, держи деньги. И если ты опять не возьмёшь, я буду ночевать в подъезде. Поняла?
- Ой-ой, как страшно...
- Норхен, я серьёзно! Хватит уже благотворительства. Я знаю, ты на машину собираешь. И вообще - кончился уже гостевой период, я просто здесь живу. Как полноценный член семьи.
- Вот пристал тоже… член. А машина… - Нора помолчала. - Если бы я хотела машину, она бы у меня была. Ладно, давай, чёрт с тобой. В общем, я не хочу вмешиваться в твою личную жизнь, но…
- Да ты только и делаешь, что вмешиваешься в мою личную жизнь, - сказал я.
- Да ты хоть домой позвони, чучело! – воскликнула Нора. - Узнай, какие там дела в квартире. Ты же говорил, деда на зиму звали.
- Слушай, я сам разберусь! Если квартира занята – значит, в гостинице будем. Найду я крышу, не маленький.
- Да я-то буду только рада, если всё получится, - пробормотала Нора, вздыхая. – Придёт она к вам завтра?
- Да, собиралась с подружкой. Ты тоже приходи, буду ждать, - сказал я.
- Ладно, иди уже спать, - сказала она и заглянула в коридор. - Иди, не бойся, начальник в ванной.
Я было пошагал в кухню, но вернулся с полдороги и встал перед Норой.
- Нора, - сказал я твёрдо. – Не надо. Пожалуйста. Не ссорь нас. Будет только хуже. Она мне близкий человек. Очень. Что бы ни сказала, что бы ни сделала. Она всегда мне будет очень близкой. Понимаешь? Она невероятно много для меня делает. Даёт зарабатывать. Думает о моём будущем. Терпит моё раздолбайство, лень и хамство. Я знаю, ты её не всегда долюбливаешь…
- Это неправда, - быстро сказала Нора.
- Ну я не знаю, как это там у вас, у женщин, называется, но я же вижу. Ты всегда не одобряла эту… этот мой роман…
- Да неправда это! – воскликнула Нора. - Этот твой роман, я считаю, лучшее, что в твоей жизни было тогда, - она достала сигарету из пачки и закурила. – Я прекрасно понимаю, что о таких отношениях может только мечтать пацан, который ничего ещё из себя не представляет.
- Ну и вот, - сказал я упрямо. – И не надо поэтому так… Да не кури ты уже на ночь! – заорал я сердито, вырвал у неё сигарету и потушил. – Нечего носом в пепельницу спать! Иди давай форточку открывай! Всё! Чао-какао до завтра!
- Тоже сдурел, - пробормотала Нора, провожая меня взглядом. - Быстрей бы вы уже этот танец станцевали…
Вероника пришла, когда я уже лежал на своей раскладушке и собирался отплыть в царство Морфея. Я почувствовал в темноте движение и аромат душистого мыла и влажных волос.
Она присела рядом со мной, я услышал вздох и приоткрыл глаза.
- Вики… - пробормотал я примирительно.
- Чес, послушай…
Я повернулся к ней. Шёпот её в полутьме такой знакомый, щекочуще-нежный, его так приятно слушать, хочется мурлыкать в ответ.
- Слушай, я подумала… я, наверное, к тебе слишком строга…
- Да конечно, строга, вообще, мегера, - обрадованно пожаловался я. – Совсем уже зажрала…