– А далеко нам идти? – спросила Виктория, она накинула капюшон зеленой куртки на голову, укрываясь от поднявшегося внезапно ветра. – Здесь очень жутко. – В ее глазах отразилась луна, когда девушка посмотрела в небо.
– Нет, скоро придем. Нужно пройти в самую глубь кладбища, там. – Она указала рукой вдаль. – В той стороне есть старый склеп, он принадлежит моей прабабке, ведьме. Честно, я сама иду туда впервые. Мама всегда запрещала мне туда ходить. Но мои магические корни требуют развития и самореализации. Ладно, девушки, пойдемте, и давайте тише.
Подруги двинулись вперед. Воздух стоял влажный, и от этого по черной земле полз серый, густой туман. Он, как чудовище, принимал причудливые формы, окутывая собой могилы и кресты, нагоняя страх. Но девушки старались казаться бесстрашными, они же были ведьмами. Вначале кладбище было очень ухоженным, красивые надгробья, ограды, памятники. Все говорило о том, что за могилами ухаживают, содержа их в порядке. Глубокая и печальная скорбь стояла везде, шум деревьев и редкое, и одинокое уханье совы разрезали тишину этого гнетущего места.
– Девчонки, давайте не отвлекайтесь, – сказала Кэт, заметив, что Марина стоит у одной ограды и внимательно смотрит на черный, гранитный памятник, который возвышался из земли как скала. Девушка обхватила руками плечи, слегка поежившись.
– Смотри, какой он молодой. И очень красивый… – Кэт взглянула на фотографию, нарисованную на полированном камне, действительно, на них смотрел молодой парень, и, судя по дате, он погиб в двадцать один год. У него были красивые глаза и удлиненная прическа с вьющимися волосами, его губы улыбались.
– Ты мимолетный, яркий луч жизни. – Прочитала вслух Кэт. Потом она заметила, что внизу у памятника лежит сложенный, серый парашют. – Возможно, он разбился. – Девушка дернула Марину за руку, и та, как зачарованная, отвела взгляд от лица покойного.
– Мэри, ты и тут, в царстве мертвых, умудрилась влюбиться. Смотри, а то утащит тебя… – Кэт подняла руки, угрожающе изображая зомби. Мэри слегка стукнула ее по плечу и пошла дальше за Викторией, которая стояла и наблюдала за подругами. Она, в отличие от них, была самая серьезная, ведь девушка работала педагогом в школе и вела уроки истории. Подруги пошли дальше, обходя черные кованые ограды, которые, как змеи и лианы, казалось, ползли в темноте. Большие каменные кресты восставали из-под земли. Некоторые из памятников лежали на земле, упав от старости. Чем дальше они углублялись, тем кладбище становилось более старым и непролазным. Теперь здесь терялись даже тропинки, и подругам приходилось светить фонариками от телефонов, чтобы видеть, куда идти дальше. Вокруг стояла гнетущая и давящая тишина, и лишь сверчки издавали трещащий стрекот, который иногда казался очень громким и раздражающим.
Ведьмы продвигались вперед, неожиданно перед ними возникла старая беседка. Она была деревянной и наполовину прогнила, ее крыша обрушилась, и доски поперек стояли внутри. Остался нетронутым только вход, сделанный под арку, вырезанный витыми узорами. Белая краска облупилась, и опять все тот же мох пожирал строение, пытаясь его захоронить под землей. Сердца юных искательниц приключений стучали в такт. Им было и страшно, и в то же время все были под большим впечатлением от этой вековой, мрачной архитектуры. Под ногами потрескивали ветки, опавшие со старых деревьев, которых здесь было много. Казалось, в этом месте вырос целый лес, и ему было уже сто лет. Он шумел своими кронами, успокаивая сон мертвых и отпугивая живых. Кэт внезапно остановилась, светя фонариком наверх. Перед ними возник старый склеп. Серые, обшарпанные стены, куполообразная крыша, заросшая толстым слоем мха, а наверху росло несколько молодых берез.
– Девочки, мы на месте. – Ведьма повернулась, посмотрев на оторопевших подруг. Они стояли молча и были немного напуганы. Но любопытный блеск в глазах их выдавал. И Кэт знала, что их преданность возьмет все-таки вверх перед страхом. – Сестры, вы готовы? – спросила их «старшая ведьма». Те кивнули, и девушка подошла к черной двери. Она почти вся заросла травой, землей и покрылась ржавчиной. Кэт залезла в свою сумку, которая висела у нее через плечо, достав из нее небольшой нож, проворно очистив ручку от грязи и поросли. Затем, отряхнув руки, она подцепила острием лезвия замок, который без труда открылся. «Возможно, его не закрывали, чтобы родные могли навещать усопшую», – подумала она.