– У вас появились клиентки? – спросила у невестки Дезире.
– Я получила два заказа: шляпку к весне и нарядное платье! – ответила молодая модистка. – Через десять дней после открытия, да еще в такой холод – это вполне неплохо.
– Отлично! – счел нужным заметить Журден.
Через пару часов молодожены были в своей спальне. В смежной туалетной комнате имелись все современные удобства. Обычно Сидони раздевалась там и выходила к мужу уже в длинной ночной рубашке с высоким воротом, без макияжа, что делало ее похожей на пансионерку. Когда она скользнула под одеяло, Журден пошутил:
– Ах, сколько чудесных сокровищ ты прячешь от меня под этим монашеским балахоном! Но я не спешу, ведь могу помечтать о них!
– У тебя есть все права на меня, – пробормотала девушка.
– Это уж слишком, Сидони. Я, конечно, твой муж, но это не повод вести себя так, словно твое тело принадлежит мне. Однажды вечером мне посчастливилось его увидеть, – о, что за дивное зрелище! Это помогает мне ждать.
– А я пытаюсь забыть тот вечер. Мне до сих пор стыдно из-за того, что я не сумела тебя удовлетворить.
Полицейский открыл книгу, не удостоив жену ответом. Сидони все чаще высказывалась в таком тоне, сухими фразами, не имеющими никакого отношения к взаимной любви. Через несколько секунд Журден захлопнул роман:
– «Все права на меня», «не сумела тебя удовлетворить» – какие печальные речи! Дорогая, супружеское ложе – это место для наслаждения. Откуда у тебя эти удручающие, изжившие себя взгляды? Ты способна обескуражить самого пламенного любовника. Мне иногда кажется, что в твоем представлении наш брак – это контракт, взаимовыгодная сделка.
– Вовсе нет!
– В таком случае прошу тебя больше не говорить о нас в таких выражениях. Я сделал все, о чем ты просила, но с надеждой, что ты любишь меня так же сильно, как и я тебя.
Он повернулся к жене и заглянул ей в лицо. Она позволила себя разглядывать, но скоро в уголках ее глаз блеснуло по слезинке.
– Не плачь, Сидони!
– Не могу, мне обидно и больно. Ты снова упрекаешь меня за то, что мы поженились тайком. Жасент тоже расстроилась – утром, когда я сообщила ей эту новость.
– Ты встретила в Робервале сестру?
– Да, и Анатали была вместе с ней. Я угостила их чаем. И чувствовала себя виноватой, хотя мы с тобой поступили разумно, – чтобы не тратить лишнего, ведь нужно было заплатить за магазин… Это было моей мечтой – иметь свой магазин. И благодаря тебе, Журден, она исполнилась. Я так тебе благодарна! И потом, твоя мать сокрушалась из-за того, что в деревне начали сплетничать о нас – ваша бывшая прислуга наплела небылиц!
– Соседи решили, что я поселил у себя свою прелестную любовницу. Мне было все равно, что они говорят, но маме такое положение вещей показалось неприличным… Не будем больше об этом. Теперь ты – моя жена, и я счастлив. Не забывай, этим летом мы поедем в свадебное путешествие к водопаду Монморанси!
У Сидони мелькнула мысль, что, когда потеплеет, у нее будет больше шансов заработать, однако она кивнула и нежно улыбнулась супругу.
– Мне очень хочется доказать, дорогой, как сильно я тебя люблю. Но разве моя вина в том, что я боюсь?
– Нет, конечно. Пойми, я не хочу тебя мучить. Сидони, признаюсь тебе, до того, как мы познакомились, у меня было два романа. Речь идет о взрослых женщинах, ты меня понимаешь? Об опытных женщинах. А ты – ты невинна и не искушена в любви. Это так трогательно, если бы ты только знала… Я восхищаюсь твоей чистотой. Но не будем больше ломать над этим голову, все придет в свое время. Нет никакой проблемы…
Он погладил жену по щеке и запечатлел на ее губах целомудренный поцелуй.
«О нет, Журден, проблема есть! – думала Сидони. – Я перепутала дружбу с любовью, нежность – с желанием. И я так скучаю по брату, что временами мне хочется кричать!»
Она смежила веки. Журден погасил прикроватную лампу, и в комнате стало темно. Сидони вспомнила день своей свадьбы. Шел снег, и на ней было бежевое пальто и фетровая шляпка. Регистрация брака в мэрии прошла очень быстро. «Глядя на нас, можно было подумать, что мы спешим уладить вопрос как можно скорее, и не без причины. Обед был ужасный: мясо дурно приготовлено, торт – тошнотворный. А ведь я представляла себе пышную свадьбу – весной, когда установится солнечная погода! Но теперь это не важно. У меня есть магазин и хороший парень рядом. Порядочный и добросердечный, готовый луну с неба достать, лишь бы меня порадовать!»