— Вы ищете нечто особенное? — спросил мужчина на эйранском без малейшего акцента.
— Да нет. — Аран немного помедлил, потом добавил мягко, так, чтобы никто посторонний не услышал: — Хотя мой друг упоминал о карте, на которой нанесен остров с сокровищами. А другой человек, которого я встретил на пути сюда, показал мне часть клада.
Мужчина улыбнулся, не разжимая зубов. Его длинные бледные губы растянулись, а глаза остались холодными и безжизненными, как у кальмара.
— Покажите мне ваши руки.
Аран уставился на него:
— Простите?
— Ваши руки.
В голосе мужчины, если эйранец не ошибался, проскользнуло нетерпение, некоторый оттенок непреклонности.
Аран медленно вытянул руки.
Продавец карт взял его ладони, повернул вверх и молча принялся изучать, легко водя кончиками пальцев взад-вперед по коже. Аран чувствовал себя чрезвычайно неуютно. Никто не прикасался к нему так раньше. Он надеялся, что ни один знакомый не завернет сюда, чтобы стать свидетелем странной сцены.
Через несколько минут Аран не выдержал.
— Ну и что вы там видите? — спросил он.
Человек ответил, не поднимая глаз:
— Я вижу, что вы моряк, и уже давно. Не нужно большого умения, чтобы понять это, потому что ваши руки загрубели от соли и веревок, заработали мозоли на ладонях и подушечках пальцев. Однако вам приходится обрабатывать землю, хотя, наверное, и без особого желания. А здесь, — он повернул правую руку Арана, показывая на длинный белый шрам на коричневом загорелом запястье, — здесь рана, полученная от тонкого кинжала форентской стали, и случилось это во время сражения с истрийцами, примерно девятнадцать или двадцать лет назад.
Аран вытаращил глаза.
— Замечательно, — проговорил он. И понял, что улыбается этому человеку. — Что еще вы видите?
— В вас есть авантюрная жилка, в настоящий момент подавляемая обстоятельствами, но если вы последуете за своими инстинктами и используете заработанные тяжелым трудом на протяжении многих лет навыки, то вам представится шанс преодолеть все препятствия на своем пути и обрести то сокровище, которое вы ищете, хотя за такое богатство придется заплатить кровью.
Палец хироманта прочертил изогнутую линию на ладони Арана, и там, где он касался кожи, эйранец чувствовал ледяной холод моря в его жилах.
— Снова кровь. И сокровище — по-настоящему огромное. Продавец карт поднял взгляд и был вознагражден искрой огня в темных глазах Арана.
— За хорошую плату, — добавил он, — я мог бы помочь вам сделать первый шаг навстречу судьбе.
— Да?
Продавец карт наклонил голову:
— Можно ли вам доверить важный секрет?
— Доверить?
— В моем распоряжении имеется фрагмент старинной карты, указывающей дорогу к давно забытому острову под названием «Святилище» — это цитадель великого мага, который спит колдовским сном. В цитадели находятся настоящие сокровища: золото, серебро, драгоценные камни, редкие артефакты и магические приспособления. Если я идам вам этот фрагмент, то только за определенную плату.
Аран отшатнулся, внезапно сделавшись подозрительным.
— Я слышал об этом месте, но только в сказках. Цитадель наверняка плод выдумки всяких болтунов и помешавшихся на дешевой романтике поэтов…
Хиромант ухмыльнулся. Из-под прилавка он вытащил кусок того же сверкающего желтого металла, который Аран видел у продавца сардоникса, и положил его на все еще протянутую руку эйранца. Потом крепко сжал пальцы Арана вокруг слитка.
Металл тяжело лег в ладонь. Слиток был слишком велик, чтобы целиком поместиться в руке. Аран разжал пальцы и поднес золото к лицу. Грани заблестели на солнце, ослепили глаза… Хотя этот кусок металла и оказался таким же холодным, как предыдущий, ладонь горела, будто от неостывшего уголька.
— Золото!
Моргая, он положил слиток обратно на прилавок.
— Оставьте себе, — сказал продавец карт. — Там, откуда взялся этот, есть много таких же.
— Цитадель?
— Точно. Хотите знать больше?
— Покажите мне карту.
Хиромант отвернулся, при этом кошка вскочила, фыркнула, вздыбила шерсть и шмыгнула под защиту крытой части фургона. Послышались звуки какой-то возни, потом обрывки разговора, приглушенного и короткого. После этого продавец карт появился вновь.
В руках он держал кожаный короб. Оттуда хиромант извлек сложенную страницу с оборванными краями, которая выглядела более мягкой, чем бумага, хотя и потемнела от возраста. На верхней стороне ничего не было. Медленно продавец карт повернул лист.
Аран уставился на него с жадностью. Хотя карта и была разорвана, любой сказал бы, что рисовальщик, кем бы он ни являлся, не пожалел усилий на работу. Роза ветров красовалась в верхнем правом углу, южный рукав показывал по диагонали на оторванный левый угол. На украшенных полях, где обычно стоят необходимые обозначения, Аран смог разобрать только слова: «Эстрия», «Эйра», «Океан» и «Ледовая равнина». В сердцевине розы сияли кругом буквы: «Святилище».
Аран глубоко вздохнул. Написание — очень древнее, даже он смог это понять. Перекрещивающиеся линии извивались по всей поверхности, исходя из точек компаса. Кто-то пометил маршруты фигурками и неразборчивыми подписями, как будто производил необходимые для навигации вычисления. Аран нагнулся ближе, внезапно узнавая сложную, зазубренную береговую линию.
— Кит Холм! А тут — северные земли Эйры!
Он принялся изучать карту внимательнее, перевернул ее и снова взглянул на лист. Гравировка закрывала некоторые детали в верхней правой четверти карты.
— Изумительно! Что вы хотите за нее?
Аран начал развязывать кошелек, но рука хироманта стремительно взлетела вверх, как нападающая змея.
— Никаких денег, господин навигатор, никаких денег.
Аран нахмурился:
— Что тогда? У меня есть сардоникс прекрасного качества, если вы желаете произвести обмен, а моя дочь изготавливает лучшие во всей Эйре лезвия…
— И это мне тоже не нужно. Я прошу нечто более ценное. Прежде всего, меня интересует, господин искатель приключений, можно ли вам доверять? Потому что если да, то у меня есть для вас задание, и если вы исполните его, тогда карта достанется вам, и только вам.
— Мне можно доверять. Я известен как человек слова.
— Тогда пойдемте внутрь, господин, скрепим печатью наш договор, и карта станет вашей.
С определенной долей отвращения к самому себе лорд Тайхо Ишиан обнаружил, что его привлекают Потерянные женщины.
Не могло даже быть и речи о том, что они красивы: проколотая, испачканная кожа под перьями и костяными безделушками, странные косички и дикие одежды. Но вид такого количества обнаженной плоти мужчине его моральных устоев было трудно вынести.
Тайхо бродил между фургонами, телегами и лавочками в полупьяном состоянии. Вокруг плясали фокусники, мальчишки пытались всучить ему палочки с благовониями, музыканты выпрашивали монеты, рядом шла на руках акробатка: ее оголенная грудь, вывалившаяся из-под янтарного ожерелья и цветных тряпок, ненадежно балансировала над землей, покрытой черной вулканической пылью.
Последняя деталь упорно стояла перед глазами Тайхо, пока он пробирался между продавцами драгоценностей и предсказателями судьбы, чесальщицами волос и колдунами. Он как раз пытался избежать столкновения с высоким темным мужчиной, выходившим из лавки с зажатым в руке клочком пергамента, когда увидел женщину, которая высунула голову из ярко раскрашенного фургона, чтобы проводить взглядом темнокожего эйранца.
Тайхо увидел ее лишь мельком, но и этого оказалось достаточно. Глаза цвета моря, окаймленные черными ресницами, длинный прямой нос, кожа белая, как крыло лебедя, и губы — такие нежно-розовые, будто принадлежали ребенку. Глаза, однако, были вовсе недетские. Тайхо почувствовал, как сердце взмывает куда-то высоко вверх, и не только оно.
А потом видение исчезло.
Тайхо протолкался к фургончику, в котором скрылась женщина, и тут же налетел на мужчину средних лет, который стал на его пути и поклонился на странный манер кочевников.