– А сейчас хочется? – вставила Зойка.
Катя медленно кивнула. А я подумала: гипноз спал? Зависимость ушла?
Затем я вспомнила, что китайцы, которых обвинил отец, представили убедительные доказательства Катиной связи с наркоманами. Видимо, о том же самом вспомнила и Зойка. Катя объяснила, что только слушала музыку. Она не ходила ни в какой притон! Да, в свое время баловались с подругами какой-то травкой – но они просто попробовали ее. Но чтобы наркоманский притон, который папе представили на видеокассете… Не было никакого притона!
«Или не помнит?» – промелькнула у меня мысль.
А Катя тем временем толкала хвалебную речь о центре – как там хорошо, как там ее приняли, как ей было интересно.
После того, как она перестала ходить в центр, вернее, папа запретил ей это делать, ей очень не хватало музыки, которую она там слушала, прошло состояние успокоения и умиротворенности. Катя стала возбудимой и раздражительной. Бывали моменты, когда ей просто хотелось лезть на стену, потом наступала депрессия. Девочка точно знала, что если послушает еще раз ту восхитительную музыку, то ей станет легче. Но ей этого не позволяли. Она и сама теперь боялась идти в центр. Что она там скажет? Да и во время ограбления их квартиры пропали и ее книги, которые ей там давали читать. А если она не может их вернуть… Кате было стыдно перед учителями, и еще было странно – зачем сотрудники сказали отцу, будто бы она принимала наркотики в каком-то чудовищном отвратительном месте? Она вообще запуталась.
– И тебе хочется и сейчас слушать ту музыку? – спросила Зойка.
– Уже не так, как вначале… – медленно произнесла Катя. – Не так… Но я бы послушала. Мне без нее грустно. А мама не понимает, почему мне грустно. И папа не понимает. Ну почему, почему меня туда не пускают?! Почему мои родители не хотят понять, как мне было хорошо?!
После этих Катиных слов мы с Зойкой принялись за дело. Давили в основном на то, что сейчас Катина поддержка очень нужна отцу, у которого неприятности на работе, а также матери. Если Катя снова пойдет в центр, это очень не понравится папе, а папа и так потратил столько времени и сил на Катю. Это его убьет. Родители хотят ей только добра. Пусть Катя найдет для себя другое занятие, гидовские курсы – это прекрасно. Но главное – это поддержка родителей. Без Кати семья развалится.
– Я понимаю, – тихо сказала девушка, покусывая губы.
– Зоя, ты еще здесь? – послышался из коридора мужской голос.
– Иду! – крикнула Зойка и нас покинула, а я продолжила работу с Катей – в указанном Зойкой направлении.
Я подумала, что мы с соседкой оказались в этом доме как раз вовремя – девочка была готова высказаться перед любым, кто станет ее слушать, а Зойку она видела не один раз и знала, что ей доверяют родители… Я очень надеялась, что мы помогли Кате. А сейчас Зойка, наверное, проводит работу с Александром Федоровичем.
Соседка оставалась у хозяина где-то минут сорок, потом они вышли вдвоем, Александр Федорович позвонил в фирму, чтобы вызвать шофера.
– Пусть вас отвезет. Не позволю, чтобы вы от меня сами добирались, – улыбался хозяин, обнимая дочь.
– Папа, тебе лучше? – с беспокойством спрашивала Катя.
– Лучше, лучше, киска. Теперь все будет хорошо. Пойдешь на курсы, еще куда-нибудь. Может, вместе отдохнуть с тобой съездим?
– И с мамой? – спросила Катя.
– Да, – сказал Александр Федорович. – И с мамой.
Вскоре приехал шофер, мы распрощались с Александром Федоровичем и Катей и тронулись вниз по лестнице вместе с говорливым коренастеньким мужичком, ровесником Александра Федоровича. Мужичок проявил интерес одновременно и к Зойке, и ко мне, называл нас «девочками», все время шутил.
При виде машины, на которой он за нами приехал, я на мгновение застыла на месте. Она как раз стояла задом к подъезду.
Это была жирная темно-синяя иномарка, с последней цифрой 6 в номере. Я вспомнила ту ночь, когда подобрала Мей Лу.
Стопроцентно я не могла быть уверена, что видела именно эту машину, но… Что-то недоговаривает Александр Федорович… Или я ошиблась и это просто совпадение? В марках-то машин я не очень сильна, и совпадение цифры в номере еще ни о чем не говорит… Да и зрение у меня не самое лучшее…
Глава 14
Вечером после возвращения с работы я пригласила к себе Зойку и вместе с Анной Ивановной, которую мы ввели в курс наших сегодняшних похождений, обсудили полученную информацию.
– Насколько я понимаю, – начала Зойка, – Катя подсела на эту чертову музыку, как на иглу. Отец не поверил утверждениям китайцев, что она посещала какой-то обычный притон. Наш отечественный, – хмыкнула соседка. – Ну и узнал, что у Лима тоже есть дочь. Дочь за дочь, так сказать. Честно говоря, я могу понять Александра Федоровича.
– Правильно сделал, – кивнула Анна Ивановна. – Хотя Мей Лу, конечно, жалко. Помню я, какую ты ее сюда принесла, Таня. И почему дочери должны платить за грехи отцов?
Я промолчала. Я не была уверена, что машина в ту ночь была Турчинского. И он ли сидел за рулем?
– В свою очередь, китаец отомстил Турчинскому, – продолжала Зойка развивать свою версию. – Весьма оригинальным способом, признаю. Но действенным. Все партнеры Турчинского надолго запомнят это представление. Я, тетки, Александру Федоровичу посоветовала прекратить военные действия, а то еще неизвестно, чем они могут кончиться. У китайцев-то способы мести весьма оригинальные, и кто знает, что они еще могут придумать? Турчинский вроде бы со мной согласился. Кстати, тетки, знаете, что меня больше всего поразило?
Мы вопросительно глянули на соседку. Ее удивило, что Александра Федоровича не били, можно сказать, пальцем не тронули. Да, ему вкололи какой-то препарат – но только чтобы отключить на некоторое время. Но увечий не нанесли никаких. Только намазали красной краской…
Зойка была права. Эта месть оказалась более действенной, чем пытки. Возможно, Турчинский предпочел бы, чтобы его отлупили так, что места живого не осталось бы.
Тут я как раз уточнила у Зойки, известно ли ей про ежедневные скандалы Турчинских, которые продолжаются после всех ее «приворотов». Соседка кивнула.
– Но зачем Рита его привораживала?! – не понимала я. – Если они ненавидят друг друга?! Если она его ненавидит? А судя по Катиным рассказам, так оно и есть. Зачем ей этот мужик, в особенности если есть другой, которого она прямо домой водит? И прости, Зоя, но судя по всему, после твоего «приворота» они стали скандалить еще больше.
– Это я посоветовала Ритке ругаться перед тем, как лечь в койку, – сообщила Зойка.
Мы с Анной Ивановной изобразили собой два вопросительных знака и некоторое время сидели с открытыми ртами, не в силах поверить в услышанное.
– Чего уставились? – спросила Зойка. – Баба сама сделала свой выбор.
Когда Рита Турчинская в свое время пришла к Зойке привораживать мужа, соседка, как и обычно в таких случаях, долго разговаривала с клиенткой, выясняя причины, из-за которых в семье произошел разлад и муж стал смотреть на других женщин. Тут причина была вполне определенной: жена не удовлетворяла его сексуально, да и сама Рита считала себя холодной. На самом же деле ей требовалась определенная любовная игра.
– А это ты как выяснила, Зоя? – воскликнула Анна Ивановна. – Ты у нас теперь что, еще и этот… как там его, Таня?
– Сексопатолог, – подсказала я.
– Вот-вот, он самый. Выступает тут один по телевизору.
– И вы смотрите? – расхохоталась Зойка. – И как вам, Анна Ивановна? Что нового узнали?
– Ты надо мной не смейся, Зоя! – закричала бабушка. – И сейчас вообще речь не обо мне. Как ты могла понять, что ей надо?
Мы с Анной Ивановной вопросительно посмотрели на соседку.
– Не я поняла, – вздохнула Зойка. – Ленька, сынок мой. Он по этим делам специализируется, тетки. Катя, наверное, в потайной комнатке его видела. Он мне про нее потом рассказывал… Про любовное гнездышко в смысле. Это Александр Федорович для себя оборудовал, а Маргарита нашла каким-то образом, уж не представляю, каким.