— Нет, конечно, нет, — поспешила уверить его Джорджи, чувствуя, что еще немного — и она попросит его остаться.
— Тогда я пошел...
Джорджи отвернулась.
— Да.
Она не видела, как он ушел. Через несколько секунд в коридоре зашумел лифт...
Джорджи медленно опустилась на пол и начала раскачиваться из стороны в сторону, обхватив плечи руками. По щекам беззвучно текли слезы, присыпая солью разбитое вдребезги сердце.
Потому что, какие бы глупости она ни наговорила сегодня Джеду, ей было абсолютно ясно, что она все еще любит его.
А он равнодушен к ней так же, как и два года назад!..
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
— Что происходит между тобой и Джедом?
Джорджи оторвалась от газеты, которую читала вслух Эстель, и удивленно посмотрела на пожилую женщину.
— Между мной и Джедом? — переспросила она, выигрывая время.
С того памятного воскресенья прошло уже четыре недели, и Джорджи не могла сказать, что часто видела Джеда за это время.
— Все отлично, — осторожно ответила она. — Джед, конечно, очень занят, но и у меня самой не слишком много свободного времени. Я говорила тебе, что редактор одобрил мою вторую книгу?..
— Джорджи, я знаю, что больна, — невесело улыбнулась Эстель, — но я не сумасшедшая! Ты и Джед... — она поморщилась. — Вы на самом деле не мирились, да?
Это было так неожиданно, что Джорджи открыла рот. Кто посеял у Гренди такие сомнения?
Джорджи проводила около Эстель все свободное время. Они болтали, гуляли в саду или читали вслух, как, например, сегодня. Ни Джед, ни дедушка не появлялись лишний раз у нее в комнате, давая возможность всем троим спокойно сосуществовать. Эстель же свободно общалась со всеми...
Наконец Джорджи нарушила и так затянувшуюся паузу:
— Если я сделала что-то, из-за чего ты решила...
— Пожалуйста, Джорджи, не думай, что я совсем впала в маразм. — Гренди насмешливо скрестила руки на груди. — В последнее время ты вела себя просто чудесно. Думаю, тебе нелегко было притворяться...
— Гренди...
— Ради бога, дай мне закончить, дорогая. Я беспокоюсь о тебе, ты не очень хорошо выглядишь.
Последние четыре недели были такими трудными, что Джорджи вообще сомневалась, что сможет их пережить. Было невероятно тяжело приходить сюда каждый день и делать вид, что она счастлива, в то время как жизнь безнадежно разваливалась. Хотя почему разваливалась? Она уже развалилась!
— Я много сил отдаю моей книге...
— Ты много сил отдаешь, обманывая старую женщину, которая знает тебя гораздо лучше, чем ты думаешь, — спокойно возразила Гренди. — Джорджи... — Она не договорила, потому что дверь неожиданно распахнулась и на пороге появился Джед, видимо, пришедший прямо из офиса, о чем свидетельствовали его деловой костюм и белая рубашка.
Джорджи почувствовала, что бледнеет. Это нечестно, подумала она, мужчина не имеет права быть таким привлекательным. За последние четыре недели любовь, которую она вновь открыла в себе, измучила ее до предела.
— Джед. — Эстель жестом пригласила его к окну, возле которого стояли их кресла. — А мы тут с Джорджи как раз болтаем о тебе.
— Надеюсь, ты не будешь против, если я ее похищу у тебя на несколько минут? — ласково улыбнулся он бабушке.
— А ты не находишь, что Джорджи очень бледна? — озабоченно спросила внука Эстель.
— В таком случае ей просто необходима небольшая прогулка на свежем воздухе, — отозвался тот.
Интересно, видит ли он, как сильно похудела и осунулась за последнее время Джорджи? Правда, Джед никогда не обращал внимания на такие вещи...
— Хорошо! — Джорджи поднялась, беззаботно улыбнувшись Эстель.
Четыре недели они старательно избегали друг друга.
— Джорджи, я хочу, чтобы после разговора с Джедом ты вернулась и мы могли закончить нашу беседу, — попросила Гренди, когда молодые люди уже подошли к двери.
Джед обернулся и одарил бабушку насмешливой улыбкой:
— Неужели тебе мало, что ты не отпускаешь ее от себя целыми днями?
Гренди в ответ погрозила ему пальцем.
— Ты не настолько большой, чтобы мне выговаривать!
— Я знаю, — ласково улыбнулся он. — Но я не видел Джорджи весь день.
— Так пригласи ее на обед сегодня, — предложила Эстель.
Джед бросил на Джорджи быстрый взгляд.
— Я как раз собирался это сделать.
Он, разумеется и не думал приглашать ее куда-либо. А если бы пригласил, то получил бы категорический отказ.
Когда дверь за ними закрылась, Джорджи нетерпеливо обернулась:
— В чем дело?
— Давай сначала спустимся в сад, — коротко ответил он. — Боюсь, Гренди может наблюдать за нами из окна.