- Села на метлу и улетела на ведьмину гору.
- А кому сундуки с золотом достались? – поинтересовался Саша.
- Ведьма их в землю закопала, спрятала.
- Где?! – в один голос воскликнули Вера и Саша.
- А этого никто не знает… Никто золото найти не может. Клад закрыт от простых людей, и найти его можно только в ночь на Ивана Купалу.
Клава и Вера вышли от Ивановых, по домам пошли.
- Жалко мне Вареньку, обижала ее ведьма – сказала Клава, на что Вера хмыкнула:
- Нашла кого жалеть. Варвара за купца замуж вышла и за границу уехала, и сундук свой забрала. А вот второй сундук остался спрятанный, только найти его никто не может, он заколдованный, потому что заколдовала его Маряна – колдунья, что у пустыря живет, это она – дочь злой ведьмы.
- Да ты что!? – удивилась Клава – это же сказка просто была, а Марьяна – настоящая. А сказочная, она же в волчицу превратилась.
- Сказка, не сказка, но мне дед Егор все про эту Маряну рассказал. Ведьма она. Это днем она человек, а в полнолуние превращается в волчицу и на болоте воет, отца жалеет…
Девчонки глянули на небо – круглый диск луны висел над деревней.
- Вот видишь, полнолуние! Как бы нам волчица не встретилась – прошептала Верка. И тут же раздался над деревней вой. Испугались девчонки и бегом по домам помчались…
- Мама! Мама! – прибежала домой Клава – ты знаешь, бабка Марьяна, оказывается, ведьма, она в волка превращается и воет, мы сейчас слышали с Веркой…
Василиса в избе печь топила.
- Вот дуреха! Сказок наслушалась, и повторяешь то, что сама не знаешь.
Василиса помогла дочери раздеться и посадила ее за стол, у Клавы – вид испуганный, глаза блестят.
- Веркин дед так сказал…
- Неправда это, никакая Марьяна Антоновна не ведьма, в лес она ходит – травы целебные собирает, людей лечит, а они вместо благодарности всякую ерунду про нее придумывают – сказала Василиса – да если бы не она, мы бы с тобой сейчас не разговаривали, может быть.
- Как это? Почему?
- Мы, когда от немцев убегали, ты простыла в дороге, я думала – все, помрешь. Нас к Марьяне Антоновне подселили, она тебя излечила отварами своими.
- Ты про это не говорила…
- Так сама Марьяна Антоновна и просила, помалкивать… Когда ты на поправку пошла, фельдшерица явилась на тебя посмотреть, удивилась, видно, не ожидала, что выживешь. Но послушала тебя, осмотрела, и говорит: «Вот какое я вам лекарство хорошее дала, помогло». Но я – то знаю, что ее микстура, только от кашля и помогает, да мы тебе и не давали ее. Это лечение Марьяны помогло… Ты маленькая была, не помнишь, пока нам свою избу не выделили, мы с тобой у Марьяны жили, и ни в кого она не превращалась…
Клава задумалась. Мама врать не будет… Так кому же верить?
- А дед Егор забыл рассказать, что у Марьяны Антоновны – сын был герой – комсомолец, он от рук кулаков погиб. Ему даже памятник в городе установлен «Федор Кузьмин» – сообщила Василиса – вам еще в школе про него не говорили?
- Нет, не говорили…
- Значит, расскажут потом… А дочка Марьяны Антоновны в войну погибла, и две ее внучки маленькие пропали, не знает она живые или нет… Ты, Клава, людей слушай, да не всему верь. И с дураками не спорь, им все равно ничего не докажешь…
3. Предательство
Ярко светило летнее солнце, Марьяна вышла из избы, присела на завалинку, седая старая женщина в черном платье. Мимо шли люди нарядные, как на праздник. Марьяне вспомнилось детство, как по воскресениям люди из соседней деревни проходили мимо их дома к церкви… Сейчас церковь разрушенная стоит, на месте двух Волковских домов – пустырь. Сегодня к этому пустырю и собирается народ на митинг. Началось строительство новой школы. Приехали начальники из района, председатель колхоза приготовил торжественную речь. Из радио – тарелки музыка радостная лилась. Пионеры с горном и барабаном прошествовали мимо Марьяны. Появилась Лукерья Аристова с тросточкой.
- Здорово живешь, Марьяна. Присяду – ка с тобой, ноги что - то пристали. День – то сёдне какой хороший…
По дороге шли две подруги: Василиса и Глафира, поклонились старушкам и дальше пошли. Лукерья улыбнулась им, а вслед сказала:
- Ишь ты кумушки – голубушки… Василиска похудела что – то, от работы, или от болезни какой, как думаешь, Марьяна, а?
Марьяна плечами пожала, а Лукерья продолжала:
- Василиса мово Никитушку хотела отбить у жены его, стервы Евы, сношки моей. Да не тут -то было, Никита крепко к семье привязан…
- Ты мне – то хоть не ври, Лушка, – рассердилась Марьяна – ты сама Василису подговаривала, чтобы она его у жены отбила. Ты еще у меня отворотного зелья просила, мы тогда поссорились с тобой. Ты что, уже забыла?