- Ага, пока построят, озеро опять усохнет, как в 60 – тых – заметил Александр.
- Санёк, ну ты прямо пессимист какой – то стал! – засмеялся Илья Максимов – вот что город с человеком делает! Ничего, поживешь в родной деревне и обратно оптимизм вернется! У нас тут без смеха и шуток не проживешь...
- И без самогонки тоже невесело – добавил Пашка.
Все опять рассмеялись, грустно улыбнулась и Клавдия. У всех собравшихся одноклассников семьи, более – менее устроенная жизнь. У Веры, например, все ее мечты сбылись: и замуж удачно вышла, за любимого, и дом полная чаша, сыном восьмиклассником нахвалиться не может, одета модно. А Клавдия с двумя детьми на птичьих правах у свекрухи живет. Похвастаться нечем. Впрочем, и Саша, жених бывший, тоже один остался, да еще и дочь при нем. Но еще не известно ничего, может, сойдутся обратно… За столом они по разным углам сидели, а после, когда все изрядно напились, Клава шепнула Вере, что домой пойдет, пытаясь незаметно покинуть богатый дом Максимовых… Она не видела, как Вера кивнула головой и подмигнула Александру:
- Чего сидишь? Клавку проводи…
Ночь была морозная, звездная. Остались позади музыка, пьяные голоса бывших одноклассников, тишина, скрип шагов.
- Клава, я тебя провожу – догнал ее Александр.
- Чего меня провожать, не за тридевять земель живу, сама дойду – ответила грубовато.
- Клава. Я понимаю, виноват перед тобой. Может, сначала все начнем?
- Сначала? – она остановилась, посмотрела на него сердито – ты опоздал, Саша, лет на 20. Старовата я, что - то новое начинать.
- Перестань, ничего не поздно изменить. Клава. Все у нас будет. Весной дом начну перестраивать, чтоб всем места хватило, и нам с тобой, и детям, и матери. И заживем… Ты только подожди, Клав, – говорил он, схватив ее за руку, глядя в лицо горящими глазами. Отчего глаза его сверкали, то ли от возбуждения, то ли от выпитого вина, но Клавдия отвернулась и произнесла горестно:
- Где – то, когда – то я уже это слышала, и даже знаю, чем все закончилось.
- Но сейчас – то все по - другому, Клав, сейчас мы люди взрослые, оба в семейной жизни обожглись…
- Обожглись? Про тебя не знаю, а моя жизнь вон, дотла выгорела – она кивнула на обгорелый остов ее с Петькой дома, как раз мимо него проходили. – А ты, что? Сейчас одно говоришь, а нагуляется твоя жена – красавица, поманит пальчиком с маникюром, ты и был таков, уедешь к ней обратно, только тебя и видели.
- Не вернусь я к ней. У нее своя жизнь, у меня – своя. Все!
- Саша, не трави душу, хватит, отпусти – она выдернула руку и помчалась прочь, он за ней.
- Клава! Ну подожди, давай поговорим, спокойно…
От дома Кузьминых отъезжала «Скорая помощь». Клава остановилась.
- Что это? Что случилось – то? – заволновалась она, у ворот стояли Танька, Толик и старший сын Катьки - Елисей.
Танька зло зыркнула на Александра, потом на Клавдию, высказала с обидой:
- С кавалером гуляешь, понятно… А у нас Катька рожать надумала, я скорую вызвала, ребятишки перепугались. А тебя дома нет!
- Мать где? – спросила Клавдия, чуть не вспылила: «Я вам что, акушерка что ли?»
- Пьяная спит, будить бесполезно, в хлам – пробормотала Танька, и направилась к воротам, взяв за руку зареванного Елисея.
- Мам, пошли домой – Толик потянул Клавдию за собой, она обернулась к Саше.
- Прощайте, Александр Иванович.
- До свидания….
***
Прасковья проснулась рано утром, позаглядывала по углам, не осталось ли где опохмелиться. Угрюмая Клавдия собиралась на работу.
- Катьку ночью в больницу увезли рожать – сообщила Клавдия «радостную новость»
- Ух ты! Уже?! А меня чего не разбудили? – удивилась Прасковья.
- Ага, добудишься Вас.
Клавдия, нарядившись в старенькое пальто и шаль, на ноги валенки, направилась к выходу.
- Клавка! Ты это… в больницу – то позвони, узнай про Катьку! – распорядилась свекровь.
- Сами звоните, Ваша дочь – ответила Клавдия и ушла, дверью хлопнув.
- Ишь ты! Совсем обнаглела, вконец… Сами звоните – передразнила ее Прасковья…