- Нарушаем порядок? Разрешение есть?
- А как же? – я снова простодушно улыбнулся блюстителям порядка, применяя свои навыки гипноза – пожалуйста.
В кармане лежала бумага – справка о состоянии здоровья, выданная мне еще в 1914 году. Полицейский внимательно ее прочел, второму показал. Тот был сообразительный.
- Так она ж просрочена, справка Ваша! Что же Вы, господин хороший, с просроченной справкой, по улицам шатаетесь, да без намордника?
- Простите, господа полиция, виноват, исправлюсь…
Как нужно исправляться я не знал, но продолжал гипнотизировать их, кто знает, зачем в их руках укороченные ружья? Может, они отстреливают нарушителей этого непонятного порядка…
- Идите–ка домой, пока мы добрые.
- Спасибо – сказал я и поспешил… домой. Знать бы, где он, мой дом. Когда ум не знает куда идти, предоставь это дело ногам. У них своя память, и они идут, и несут туда, где был мой дом, низ того дома кирпичный, верх – деревянный, ставни на окнах резные. Среди высоких серых кирпичных коробок, увидел я его – маленький домишко, где когда – то я жил. Стук в дверь, и я вижу перед собой толстого мужчину в штанах и рубахе без пуговиц. Он посмотрел на меня критично и произнес женским голосом:
- Чего надо?
- Я Вольдемар Маринин, хозяин этого дома – сообщил я, но мужик с женским лицом, заявил:
- А я Мария Тарасова, хозяйка этого дома. Прощай, хозяин!
Хозяйка захлопнула дверь.
- Эй! Впустите меня!
- Еще чего! Уходи! Полицию вызову! – пригрозила Мария Тарасова из-за двери.
Снова встречаться с полицией не хотелось. Уселся я на скамейку, загрустил. Напугал меня этот пустынный город – серые безликие коробки, а за ними высоченные красные громадины…
- Что сидишь тут, милок? Домой не идешь? – раздался голос, на скамейку уселась старушка в платочке, сняла тряпичный намордник.
- Не знаю где дом мой. Раньше я здесь жил, а сейчас чужой это дом. Вот и сижу, думаю, куда ж пойти? – произнес я. Старушка сочувственно головой покачала.
- Плохи дела твои, голубчик. Коли не знаешь куда пойти, идти туда, где тебя любили, там твой дом.
«Какая глубокая мысль» - подумал я, и на старушку внимательно посмотрел, может, она провидица какая, если такие умные вещи говорит.
- А вы ведь давно живете на свете?
Она хихикнула.
- Хочешь сказать, что я старая? Нет, не старая, но живу давно.
- А чем же война закончилась? Победили мы немцев?
- У-у-у… чего вспомнил. Ясно дело, победили, как же иначе – старушка недоверчиво на меня глянула – ты с Луны что ль свалился?
- Да нет, подальше был.
- Так чего тут сидишь? В больничку иди, проверяйся… Зараза по миру ходит. Никто ее не видел, но все боятся.
- Чума что ли?
- Сам ты чума… точно с Луны свалился – пробормотала старушка, подхватила свой внушительный мешок и потопала восвояси…
Тут я снова полицейских увидел, тоже двое, с оружием, остановили человека, тот им бумагу свою показывал. Уходить надо, туда, где меня любили. Взял в руки прибор Генриха, прикрыл глаза, представил место – озеро Колдовское, и на кнопку нажал…
Раскинулось перед моим взором озеро Колдовское, в спокойных водах его лучи солнца переливаются. Здесь на этом берегу я впервые познал деву юную, любимую мою Зару. Разве какая другая женщина любила меня сильнее, чем прекрасная Зара? Значит, здесь мое место… А на берегу озера красовался новый дом красивый в два этажа, крыльцо высокое. Дорожка мощенная, которая ведет к деревянному причалу. А на причале том дева прекрасная, синеокая, русоволосая.