А этот был опасен. Крайне опасен.
Изабель задрожала, чувствуя вес его тела, его изучающие, ловкие руки, его требовательный поцелуй.
Чёрт...
Это неправильно.
Она должна была чувствовать отвращение, ужас, ненависть.
Но вместо этого терялась в острых ощущениях.
Глава 4
Её губы сводили его с ума.
Жаркие, мягкие, желанные. Призрак давно жаждал коснуться их, ощутить их вкус, поймать губами срывающийся с них стон. И потому он целовал жадно, требовательно, и никак не мог сполна насладиться моментом.
Изабель дрожала, изгибалась под ним, с трудом дышала. Её тело, такое гибкое, изящное, упругое, обещало ему неслыханные удовольствия.
О, как же он этого хотел, как же сильно манила его эта женщина.
Но всё же...
Призрак нахмурился, сильнее вдавив Изабель в мягкий диван, поцеловав её грубее, более сердито. Не выдержав, девушка выдохнула с громким стоном.
Достаточно.
Он оборвал поцелуй, стиснув её запястья, крепко прижав их к сидению. Она, содрогаясь всем телом, с трудом могла дышать.
Не в силах отстраниться, он закрыл глаза, коснувшись губами нежной шеи.
Как же она прекрасна.
Жаль, Изабель выбрала не его.
Воспоминание об этом отрезвило мужчину. Он глухо вздохнул и приказал себе улыбнуться, прежде чем заговорить.
— Мне льстит твоё желание стать моей женщиной.
— Ха... хах...
— Раз так этого хочешь, то мы обязательно станем любовниками, — промурлыкал Призрак, отстраняясь. Не хватало, чтобы она ощутила сквозь одежду то, насколько он был заинтригован её выходкой. — Разумеется, это не входит в мои обязанности, но ради твоего голоса...
Он склонился, коснувшись губами её уха.
— Я готов каждую ночь... перерабатывать.
Изабель напряглась, изогнулась, пытаясь освободить руки.
— Какого чёрта ты медлишь? — процедила девушка. — Сделай это!
Хмыкнув, Призрак выпустил ее руки из захвата. И, когда Изабель подалась вперёд, чтобы снова напасть, он небрежно толкнул её на диван.
Девушка упала, её пышные волосы разметались по сидению.
И от этого зрелища он и в самом деле захотел поддаться вожделению.
Она стиснула зубы, обдав его ненавидящим взглядом. Мужчина лишь холодно хмыкнул, опустив ногу на ногу.
Кто бы мог подумать? В письмах Изабель была такой нежной, меланхоличной, печальной, а в реальности оказалась озлобленной, грубой, крайне опасной стервой.
— Ублюдок...
— Wirklich? И почему же я стал ублюдком? Потому что отказался взять доступную девку?
Изабель задохнулась от ярости. Она стискивала зубы, сжимала обивку дивана, вперив в него пылающий от гнева взгляд. Казалось, будто девушка решала, каким из доступных способов могла убить мужчину и выбирала самый болезненный вариант.
Вот только она его уже убила.
— Отпусти меня, — процедила прима. — Немедленно. Отпусти. Меня. Домой. Я в жизни не подпишу твой чёртов контракт. Даже если там будут указаны миллиарды.
Он холодно хмыкнул, переведя взгляд на сцену.
— Чем я отличаюсь от того дегенерата, за которого ты хотела выйти?
Изабель нахмурилась и набрала в лёгкие побольше воздуха для ответа, но Призрак жестом оборвал её.
— Я предлагаю тебе всё то же, и даже больше, — ответил он. — Хочешь больших денег — забирай. Нужны крыша над головой, сбережения, счёт в банке — пожалуйста. Поклонники? Получишь. Признание? Запросто. Драгоценности и дорогие одежды? Дам. Более того, всего этого ты добьёшься сама. А сможет ли то ничтожество подарить тебе вечную молодость? Раскроет ли все грани твоего таланта? Научит пользоваться силой? Защитит от инквизиции? Отвечай.
Изабель от злобы скрипела зубами, глядя на него. Если раньше в её глубоких голубых глазах была сплошная ярость, то сейчас Призрак Оперы видел сомнения.
Он прекрасно знал, что её беспокоило.
— Можно подумать, ты защитишь.
— Здесь работает много магов, — ответил он. — До моего театра не доберутся ни правительство, ни продажные ублюдки в робах.
Изабель умолкла. Всё ещё сгорая от стыда и ярости, она плотнее закуталась в его плащ, пряча под ним стройную фигуру.
Господи... не слишком ли он груб с ней?
Нельзя выплёскивать на неё свою обиду. Нельзя быть таким резким. Чёрт. Разве её выбор не был логичным? Разве хоть одна в мире женщина согласилась бы пойти за тем, кого никогда в жизни не видела? Неудивительно, что Изабель выбрала кого-то, кто вился рядом, кто выпячивал богатство и статус.
Кого-то, кому не приходилось прятать под маской уродство.
— Я ничего не требую взамен, — произнёс он, опустив ладони на навершие трости. — Тебе не нужно ни заискивать передо мной, ни быть моей любовницей. Только работать. Здесь. Под моим руководством.