— Надень, — произнёс мужчина, пройдя с девушкой в гардеробную. Он развернул пальто и держал его за плечи — так, чтобы девушке было удобно его надеть. — На улице холодно, ты простудишься.
Изабель вырвала вещь из рук мужчины и надела её, отвернувшись. Когда она повернулась, Эрик уже был в чёрном пальто и цилиндре.
Как бы сильно девушка его ни ненавидела, но этот ублюдок действительно был хорош собой. Элегантный, стильный, следящий за собой. Филипп был ему не ровня.
Изабель тряхнула головой. Эта мысль ей не понравилась, она была опасной, ненужной, неправильной.
С таких мыслей начинается симпатия.
— Ну и? — девушка поправила воротник своего мехового пальто. Такую вещь она бы не купила и на шесть своих гонораров. — Где ты решил меня выгулять? Неужели на крыше? Не забудь скинуть меня с неё.
— Есть одно место, предназначенное специально для громких скандалов, — ответил он. — Это ресторан с глухими стенами. Правда... там будет не очень комфортно, если тебе до сих пор больно сидеть.
Изабель вспыхнула.
— Слушай сюда, сволочь...
Но договорить девушка не смогла. Эрик шагнул ей навстречу, стиснул пальцами волосы и заставил заткнуться поцелуем.
Изабель настолько этого не ожидала, что перестала дышать от его наглости. Прежде Эрик не целовал её по своей инициативе — только если она нападала, дразнила или сама на него вешалась.
Но сейчас он целовал грубо, сердито, жадно, прикусывая губу. Изабель задрожала, зажмурившись, стиснув пальто у него на груди.
Но, что хуже всего, помимо страха и слабости во всём теле она чувствовала возбуждение.
Когда Эрик оборвал ласку, Изабель едва не рухнула, со стоном хватая ртом воздух. Он прижимал её к себе, и это было опасно — не хватало, чтобы мужчина через одежду ощутил её слишком резкое, слишком неправильное желание.
— Я так устал от тебя, — прошептал он, касаясь губами шеи. — Замолчи. Просто замолчи.
— Отпусти меня уже, — едва соображая, схватившись за плечи мужчины, произнесла она. Голова кружилась, мысли затуманились, всё её существо требовало продолжения — и Изабель было страшно поддаваться этому чувству. — Найди себе... другую певичку.
Эрик не выпускал её из объятий, он замер, точно принимая решение. Изабель стискивала его пальто и никак не могла успокоиться.
Чёрт.
В сексе нет ничего настолько экстраординарного, что могло бы вызвать подобные эмоции. Тем более, если это секс с престарелым, наглым, психованным извращенцем.
И всё же Изабель осознавала, что если бы он повалил её на пол гардеробной, если бы взял в этом дорогущем пальто, если бы продолжил так же целовать, ей было бы плевать на всё. Даже если бы их застали посторонние.
Даже если бы это была Жири!
Плохо дело. Она уже сходит с ума от заточения.
Эрик выпустил Изабель из объятий. Девушка ничего не ответила, но и ругаться перестала. Она молчала всю дорогу до ресторана, вперив взгляд в окно и игнорируя существование мужчины.
Она была занята кое-чем более важным: Изабель мысленно ругалась сама с собой и убеждала себя, что это наваждение вызвано одиночеством, похищением и бог знает чем ещё, но никаких чувств у неё не было и быть не может!
Но когда в ресторане, сидя за столиком, Эрик взял её за руку, сердце Изабель пропустило удар.
— Не смей. Меня. Лапать.
Призрак Оперы взглянул ей в глаза и не пошевелился. Девушка не отняла руку.
Он решил вообще её не слушать? А что ещё он решил сделать без её согласия?!
— У тебя есть какие-нибудь пожелания?
Изабель злобно мотнула головой, решив, что голос выдаст её смятение.
Всю неделю она желала этому мужчине смерти в муках, всю неделю огрызалась с ним, скандалила, язвила. Всю неделю думала только о способах сбежать от него, избавиться.
И теперь, когда он приблизился сам, девушка поняла, что барьер, который она выстроила между собой и им, дал глубокую трещину.
Такой мужчина не мог не нравиться женщинам. Умён, остроумен, привлекателен, талантлив, богат... в него бы любая вцепилась мёртвой хваткой.
А ещё он сумасшедший, и от него периодически болит задница.
Ну, для кого-то и это плюс.
— Сядешь поближе?
— С чего бы? — насторожилась Изабель.
— Я был излишне холоден с тобой, — Эрик задержал взгляд на её лице. — Жесток, несправедлив, резок. Хотя ты действительно меня привлекаешь. Будет честно, если ты получишь шанс на побег.
Будь у Изабель магия, она бы не пожалела сил, чтобы испепелить его.