— Я пытался до тебя дозвониться, Элюня, — с плохо скрываемым раздражением обратился он к ней. — Мне сказали, что ты здесь.
— Леончик, — в голосе Эллы зазвучали угрожающе-ласковые нотки, — разреши представить тебе Алекса Ро…
Но Леончик оборвал её:
— Я знаю, кто он такой и зачем приехал. — Громила даже не удостоил Алекса взглядом. — А ты-то знаешь? Особенно, если Дора…
— Ты хочешь сказать, что она в Оркодубре?
— Приехала сегодня утром. Я её тут же захомутал, и всё было нормально. Но когда я проснулся после обеда, то обнаружил, что она исчезла. Ни записки, ничего.
"От этой парочки все сбегают, когда они спят", — невольно и юмористически подумал Алекс.
— Поговорим после, — сказала Элла.
— Хорошо. — Прежде чем повернуться и уйти, громила ещё раз оглядел Алекса всё тем же убийственным взглядом. — Будете продолжать семейный бизнес, господин Ромишев?
— Поехали! — резко оборвала его Элла.
Пожав плечами, громила двинулся обратно к "шевви", Элла к своей машине, Алекс смотрел им вслед. "Шевви" рванул с места и умчался, подняв облако пыли и гравия, автомашина Эллы последовала за ним.
— Извините их, — сказала Пак, выходя на веранду, — светские манеры братца и сестрички всегда оставляли желать лучшего. А сегодня они, кажется, совсем не в форме. На кону такой дом!
— Вы их знаете?
— Только что просмотрел на ближайшей почте местные газеты и серьёзно поговорил с Дирком. Кстати, ваш отец был настоящим Казановой. Я не удивлюсь, если в Оркодубре проживают несколько женщин, которые знают о нём больше, чем вы и его приятели вместе взятые.
— Она мне сказала об этом.
— Я потому вас и оставил вдвоём, — кивнул Пак, подтверждая подозрения Алекса. — Женщина с такой внешностью будет идти к цели кратчайшим путём, разве нет?
— Мне отчитаться о проведенном с ней времени? — сухо и смущённо спросил Алекс.
— Нет, конечно, за кого вы меня принимаете, господин Ромишев?
— Она не верит, что мой отец преступник.
— Кто заговорил о наркотиках, вы?
— Да, и она ответила, что это чушь.
— Приятно, что хоть кто-то, кроме нас с вами, верит в вашего отца. — Пак посмотрел на небо. — Парит, становится душно. Похоже, что будет гроза. Значит, чушь…
— Если быть точным, то она сказала "ерунда".
— Тогда поговорим о другом. По словам Дирка полиция Сентэрида осмотрела квартиру Антония Ромишева. Нашли улики, которые подтвердили предположения, подсказанные угольным порошком.
— Так порошок был?
— Да. Дирк раскипятился и пригрозил скандалом, а его в дистрикте знают, как вечного искателя справедливости. Поэтому он смог дозвониться до самого верха. Ему объяснили, что в целях следствия на покойном заменили рубашку и лицо его покрыли илом с алмазами, чтобы направить подозрения по другому руслу.
— И он всё выложил вам? Странная откровенность.
— Э-э, мы с ним старые недруги, а это сближает больше, чем старая дружба. — Пак фыркнул, и его острые уши дрогнули, как у хищника. — Ну, и Дирк был зол на обе прокуратуры, которые его так подставили, и он выглядел перед вами и мною дураком.
— Что нашли в квартире отца?
— В стенном шкафу стояла картонная коробка с тряпьём, в углах её застряла некая рыжая пыль. Полицейские отправили коробку на экспертизу. Пыль оказалась некрепкими дерьмовыми заклинаниями. Проще говоря, наркотиком, но вполовину разбавленным сахаром. Это работает на рубашку с углём.
— Не понимаю, — пробормотал Алекс.
— Они думают, что когда он ходил в море, то участвовал в контрабанде наркотиков. И что до сих пор сохранил связи в этом деле. Недавно кто-то доставил ему большую партию, он снял деньги со счета, чтобы расплатиться. А перед тем как передать наркотик распространителям смешал его с сахаром, чтобы получить дополнительную прибыль. Неплохой навар. Но нарвался на внимательных покупателей. Тело мошенника-торговца всегда оформляют таким образом.
ГЛАВА 9
— Я не верю в это, — устало сказал Алекс.
— Во что вы не верите?
— Что отец занимался наркотиками.
— Будь это мой отец, — кивнул Пак, — я тоже не верил бы.