Выбежав в бальный зал, он схватил её за руку.
— Ты идёшь со мной.
— Нет.
Все повернулись к ним и в ужасе уставились на Кристиана. Он был весь в крови с распущенными волосами и совершенно черными глазами.
Он отпустил её, оглянулся. Вариантов не было, и он начал создавать туман. Туман заволакивал комнату, люди кричали и падали. Через несколько минут наступила полная тишина.
Граф, шатаясь, вошёл в зал и замер. Все лежали на полу в неестественных позах. Посреди этого хаоса в углу сидела Агата и гладила кота. А в центре стоял колдун — бледный и совершенно измотанный.
— Они... они... — еле смог он сказать.
— Они все живы, очнутся через пару часов, ничего не помня, — ответил Кристиан, проходя к стене и аккуратно обходя людей, стараясь никого не задеть. Он остановился на пару секунд у Маргариты, которая лежала в кресле, запрокинув голову. Аккуратно поправил её руку и улыбнулся. Затем сел на пол и облокотился об стену. Его мутило — слишком много людей, слишком много силы, и у него не было возможности восстановиться. Лес был так далеко. Он повернулся к коту:
— Мне надо обратно.
— Я вижу, — ответил кот и, обернувшись в огромного мужика, подошёл и подхватил колдуна под руки. Он пошёл к выходу, потом повернулся.
— Идёмте, чего стоим?
Ведьма пожала плечами и направилась к графу.
— Идёмте, мой друг, всем нам надо отдохнуть. У Кристиана в лесу есть прекрасный шалаш.
— Это не шалаш, а мой дом, почти усадьба.
— Конечно, конечно, — ответила она с легкой усмешкой.
Граф пошёл следом, ему казалось, что это какой-то сумасшедший сон, и он сейчас проснётся в своём поместье, забыв обо всём этом.
В этой компании они вышли на улицу и сели в экипаж. Через несколько часов, отпустив экипаж, они оказались у леса.
— Дальше только пешком, — сказал Кристиан.
Он выглядел уже лучше и смог идти сам. Перед ними был темный, непроглядный лес.
Усадьба
Они вышли к ручью, лес здесь был уже не таким тёмным, деревья стояли реже, и можно было уже разглядеть небольшую деревянную, немного покосившуюся избу, всю заросшую мхом: от низа и до самой крыши. Вокруг было болото и трясина. В зарослях камыша квакали лягушки.
Граф остановился и, подняв брови, посмотрел на Кристиана.
— Ты говорил, усадьба.
За его спиной рассмеялась Агата. Подошла к графу и фривольно приобняла его.
— Я же говорила, что он из болотных топий, какая усадьба, ему лишь бы к природе поближе. А вы его в приличное общество ввели. Дикий он.
Кристиан молча остановился, потом провёл рукой и морок упал, перед ними открылась ровная поляна, аккуратно вымощенные тропинки, ухоженный сад со скамейками в тени больших пихт и замок. Да, именно замок из крупного тёмного камня и даже со смотровой высокой башней, он смотрелся здесь совершенно неуместно, но величественно. Кое-где по нему уже расползался плющ, да и мох брал своё, устроившись на всём фундаменте здания. Но это придавало замку лишь своё благородное очарование. Над входом висел фамильный герб с изображением ворона и меча.
Кристиан со слегка уловимым ехидством на лице, повернулся к Агате и опешившему графу:
— Как видишь, я немного преобразовал своё жилище за последние восемьдесят лет, — обратился он к Агате.
Ведьма многозначительно промолчала и, высоко подняв голову, направилась ко входу.
— Ну хоть рва с крокодилами нет, — мимоходом добавила она.
— Хорошая идея, моя дорогая, только для тебя и организую.
Кот обогнал всю процессию и по-хозяйски зашёл первым, дверь как-то сама собой открылась перед ним. Внутри всё было достаточно просто: без колонн, золотых канделябров и т. д. Большой очаг, добротный деревянный стол и стулья. Единственное, что выделялось - это был большой резной мягкий диван и кресла с расписными подушками 17–18 века. Незаметным жестом Криса загорелись сотни свечей, в замке всё ещё было прохладно, но пространство наполнилось мягким, мерцающим светом.
На кресло сразу и села мадемуазель Агата. Удобно расположившись в подушках, она явно чувствовала себя здесь как дома. Это умение приспосабливаться к обстановке, давно уже уловил Кристиан. Её сложно было удивить хоть чем-то.
— А прислугой обзавелись? — деловито уточнила Агата.
— Ага, сейчас: ежей да лис из леса позову. Если вам чего угодно, мадемуазель, так поднимитесь и сделайте.
— Неважный вы хозяин — барон Кристиан. Кстати, а почему барон? Раньше герцогом де Ля Торном были, понизили?