Последнее, как это ни парадоксально, в одно мгновение вернуло меня к жизни, и я начала продумывать план побега.
К счастью, в это безумное путешествие я отправилась не одна, а в компании верной подруги. Инка уже небось пол Рима на уши поставила. Наверняка меня разыскивает вся местная полиция, неплохо было бы как‑то ей в этом помочь. Вот только как?
Сбежать сейчас, из‑под носа у этих ненормальных, толкующих о каких‑то силах, чарах и священных ритуалах, не получится. Это я уже поняла. Но ведь не будут же они стоять над душой вечно. Оставят одну, и я тогда сразу тю — тю.
Пока размышляла, слово снова взяла рыжеволосая синьора.
— Это всё Фьора! Мерзавка! — зло причитала она. — Вери бы сама до такого никогда не додумалась! Одурачила всех иллюзией! Маленькая дрянь! И как только хватило наглости подсунуть нам эту?!
Под «этой» мадам явно подразумевала меня.
— Пусть только попадётся мне на глаза — выпорю, — мрачно поддакнул Габриэль, но в отличие от матери, в его голосе не слышалось злости.
Не совсем поняла, какую роль во всей этой истории сыграла некая Фьора, но если это благодаря ей я оказалась здесь, сама найду её и выпорю. Или лучше придушу. В порыве искренней «благодарности».
— Если кого и обвинять, так только вас, двух идиотов, — поделился мнением отец Габриэля. Он был ниже сына, зато шире в плечах и крепче телосложением. Чёрные волосы были тронуты сединой, а в уголках серых глаз, когда хмурился, вот как сейчас, собирались мелкие морщинки.
Закадычные друзья попытались ему возразить, но мужчина властным жестом велел им заткнуться.
— Вероника и так была эмоционально нестабильна в последнее время, и вот к чему вы её подтолкнули. Но ничего! — не стал он впадать в отчаянье. — Дочь свою я так просто не отпущу. Найду её. А пока что девушка поедет с нами.
— Но… — хором заикнулись несостоявшиеся сваты.
Правда, закончить не успели, отец Габриэля и их заставил умолкнуть и всё так же невозмутимо проговорил:
— Дарио будет к нам приезжать. Для обмена ей необязательно всё время находиться под вашим надзором. А я прослежу, чтобы девушка не навредила ни себе, ни окружающим, пока будем искать Веронику.
— Согласен, забирайте! — радостно выпалил мой как бы муж.
Не скрою, мне самой хотелось убраться из проклятого дома. Куда угодно, только бы подальше от этого морального урода. А пока буду в машине, постараюсь незаметно запоминать дорогу и, если повезёт, раздобуду себе телефон и свяжусь с Инной. Невесть какой план, но всё же лучше, чем никакого.
Приняв решение, немного успокоилась.
— Тогда поехали! — ринулся ко мне Габриэль с явным намереньем транспортировать бедную пленницу в машину.
Я тут же напряглась и зажмурилась.
— Сначала нужно усыпить девушку, — снова заговорил его отец.
— Она ведь и так в отключке, — совсем близко послышался голос зеленоглазого. Почувствовала, как он склонился надо мной, и теперь, кажется, пристально изучал. С трудом удержалась, чтобы не оттолкнуть негодяя.
Мужчина усмехнулся.
— Она уже давным давно пришла в себя и всё это время нас подслушивала. Надумала стащить телефон и связаться со своей подругой. Хватило хоть ума позаботиться о ней?
— Да.
— Хватило, — нестройным дуэтом отозвались Дарио и Габриэль.
— Что значит позаботиться?! — перестала я изображать из себя труп. С ненавистью посмотрела на Габриэля, мрачным истуканом нависшего надо мной.
Сказать, что в тот момент снова испугалась, — это не сказать ничего. За Инну теперь переживала даже больше, чем за себя. Почему‑то была уверена, что ночью схватили только одну меня. А если и её тоже… Господи…
И как эти монстры узнали, о чём я думаю?!
Ни на один вопрос ответа так и не получила. Услышала тихий шёпот и снова уплыла в пустоту.
Глава 4
Новое пробуждение мало чем отличалось от предыдущего. На мне по — прежнему было платье сбежавшей невесты. Одна радость — ткань уже успела просохнуть, и я больше не тряслась от холода.
Сознание, словно отказываясь примириться с жестокой реальностью, возвращалось медленно, с явной неохотой. Мазнув по окружающей обстановке взглядом, с какой‑то фатальной обречённостью поняла, что мне снова сменили клетку.
На сей раз я оказалась в просторной спальне светлых тонов. Наверное, в погожие дни всю комнату заливало ярким солнечным светом. Но сейчас здесь царил мрачный сумрак. То ли уже наступил вечер, то ли это природа, сочувствуя мне, продолжала выражать своё недовольство посредством ненастья.