Салвиати ушёл, а я принялась рассматривать массивный перстень из чернёного серебра, украшенный множеством змеек, оплетавших зелёный камень. Колечка, подаренного Димой полгода назад, на безымянном пальце не было.
Смириться с участью временной жены морального урода, да ещё и ведьмака, было непросто. Но ещё сложнее оказалось во всё это поверить и переварить. Тут Джулиано прав. Мне действительно требовалось время.
А ещё душ и новая одежда. С наслаждением скинув с себя чужой свадебный наряд, отправилась в чужую ванную. Небольшая, светлая, с симпатичной мозаикой на морскую тематику на всю стену. В углу обнаружилась просторная душевая кабина, а рядом на крючках висели полотенца и махровый халат.
Долго стояла под горячими струями, невольно вспоминая каждое прикосновение чужака. Не знаю, как должна себя чувствовать жертва насилия, но биться в истерике мне почему‑то не хотелось. Возможно, потому что ночь с ведьмаком стала не самым страшным моим кошмаром. Настоящий кошмар — это наша с ним свадьба и мой бессрочный плен. Но уж лучше здесь, чем в доме ненавистного муженька.
Я всегда старалась быть с собой откровенной и сейчас вынуждена была признать, что воспоминания о ночном приключении не вызывали во мне отвращения. Скорее, наоборот — волновали, будоражили. Но лишь до того момента, как я начинала рисовать в уме образ гадкого похитителя. Сразу вспоминались узкие, прищуренные карие глазки, смотревшие с пренебрежением; тонкие губы, кривившиеся в откровенном презрении, стоило ему взглянуть в мою сторону. Представляя итальянца, я чувствовала, как на меня накатывают гнев и злоба.
В общем, противоречила самой себе. Тело и разум никак не могли прийти к консенсусу.
Высушив волосы, приступила к изучению гардероба. Вещи Вероники действительно оказались мне впору. Остановив свой выбор на светло — голубых джинсах и лёгком белом свитерке с рукавами три четверти, добавила к ним белые кеды. Переодевшись, вышла на балкон.
Хоть дождь и прекратился, но было по — прежнему сыро, а хмурое небо обещало продолжение ненастья. Отведённые мне покои оказались на третьем этаже, и с балкона сад был как на ладони. А за высокими пальмами простирались не менее высокие каменные стены, окружавшие эту ведьмовскую цитадель.
Заметив, как несколько человек вытаскивают из машин и несут к дому так и не тронутый свадебный торт, всевозможные коробочки и пластиковые судочки, сглотнула набежавшую слюну. Есть хотелось неимоверно. В последний раз я перекусывала вчера утром в аэропорту одним несчастным круассаном да капучино и сейчас готова была продать душу за кусочек чего‑нибудь съестного.
Хотя, может, тот же торт только с виду такой вкусный? А внутри обнаружатся лягушачьи лапки да крысиные хвостики. Кто его знает, какие гастрономические пристрастия у этой нечисти.
И тем не менее решила рискнуть, пока не свалилась в голодный обморок.
Подождав, пока перетаскивание еды закончится и машины уедут, вышла в коридор. То и дело оглядываясь по сторонам и моля создателя уберечь меня от нежелательных встреч, отправилась вниз, на поиски кухни.
Огромный, забитый антикварной мебелью и произведениями искусства дом в моём представлении являлся идеальной резиденцией для семейства чародеев. А тишина и сумрак только добавляли особняку мрачной таинственности.
Стараясь производить как можно меньше шума, осторожно спустилась на первый этаж и замерла посреди пустынного холла, гадая, в какой из коридоров лучше свернуть.
Решила довериться обонянию и как зачарованная последовала за кружащими голову ароматами. И не обманулась. Бесконечно длинный коридор привёл меня на кухню. Размером эдак с Димкину двушку.
Светлый пол под ногами буквально сверкал и контрастировал с мебелью из тёмного дерева. Куда ни глянь — всюду навороченная бытовая техника, идеальные порядок и чистота. Но больше всего меня впечатлили два, тоже не маленьких холодильника, в зеркальной глади которых сейчас отражалась голодная я.
Решила, что хотя бы один, но изучить просто обязана. Да и торт, оставленный на накрытом ажурной скатертью столе, конечно же, не обойду вниманием. Вон уже кто‑то кусочек себе оттяпал. Значит, можно и мне. И вообще, моя ж вроде как была свадьба, а соответственно, и тортик тоже мой.
Желудок недовольно заворчал, требуя как можно скорее приняться за увиденные ранее угощения. Подгоняемая чувством голода, поспешила на штурм холодильника. Но так и не добравшись до него, не менее прытко отскочила обратно. Поздно заметила дверь, ведущую на улицу, и прислонившегося к ней Габриэля, с задумчивым видом поедавшего свадебный бисквит.