И взгляду её могла бы позавидовать любая Злая Королева.
Вивьен уже поняла смекнула, что за её визит сюда родители по головке Даггера не погладят. Что он планировал провести её тайком. И это было унизительно. Она не воровка! Нельзя, значит – нельзя. Даггеру не следовало так поступать.
– Простите за неожиданный визит, – также холодно, в тон матери Даггера, произнесла Вивьен. – Я уже ухожу.
Роб Винтер хмыкнул:
– Иди, иди. И не возвращайся. Если у тебя есть мозги, дуреха, держись подальше от этого дома.
– Помолчи, – оборвала мужа миссис Винтер.
Её муж, Винтер-старший, отвернувшись, прошел к стене. Подбирать банку с пивом.
– Вивьен? – голос женщины зазвучал мягко.
Аж мурашки ползут по спине от этого голоса. Ну, точно злая ведьма из страшной сказки. Ведьма, пытающаяся заманить к себе сладкими речами.
– Не держи на меня зла. Я была не сдержана, но не делай поспешных выводов. Выпьешь с нами чай, дорогая?
– Не выпьет! – рявкнул Даггер.
От поспешности, с какой он ответил и по тому, как звенел от гнева его голос, Вивьен поняла, что интуиция её не обманывает. Миссис Винтер опасная женщина. И совет отца Даггера тоже дан из благих побуждений.
– Вивьен пора домой.
– Так наше чаепитие и не продлится долго. Ты ведь не откажешься, правда, Вивьен?
– Я сказал – нет!
Как у Дагера это получалось? Говорит тихо, медленно. Откуда возникает ощущение, что он кричит, разливая в воздухе звенящую ярость?
– Вивбье ничего пить не будет, матушка. Идем, Ви. Провожу тебя до дома.
Холодные влажные пальцы с силой сжались на её руке, когда Даггер увлек её за собой.
– Всего доброго, – пискнула напоследок Вивьен родителям Даггера..
У самой реки, задохнувшись от быстрой ходьбы, она взмолилась:
– Помилосердствуй! Помедленней – никак?
– Прости.
– Тебе теперь влетит, да? – сочувственно спросила она.
Даггер неопределённо дернул плечом.
Вивьен вдруг охватил страх. А вдруг он послушается своей злой матери? Вдруг решит с ней больше не общаться?
– Я твоей маме не понравилась. Но почему?.. Что я сделала не так?
– Дело не в тебе. Просто моя мать… она предпочитает не сходиться с людьми близко, – уклончиво проговорил он.
– И что дальше? Отступишься от меня?
Даггер промолчал.
– Но ты не можешь! Мы же только подружились! А твоя мать?.. Не можешь же ты всю жизнь торчать рядом с ней и этими твоими колбами?! Тебе нужны живые люди.
– Вивьен…
– Нужны. Даже если ты сам этого не понимаешь и не осознаёшь. Ты сам загнал себя в какие-то рамки, в то время как все это – глупая условность! Ты нужен мне, Даггер! Пожалуйста, не позволяй ей нам мешать! Рано или поздно всегда наступает время, когда приходится идти наперекор родителям. А если этого не сделать, то своей жизни не прожить. Будешь обречен всю жизнь воплощать чужие идеалы, жить чужими желаниями!
– Вивьен, не будем сейчас тратить слова впустую. Будущее само себя покажет и само за себя всё решит.
***
Родители строго выговорили Вивьен за то, что она посмела гулять до поздна никому не сказав, куда пошла. Не прося разрешения. Глэдис была этим очень довольна.
– Ну, что? – насмешливо скривила сестра тонкие губы. – Нагулялась?
– Не твоё дело, – огрызнулась Вивьен.
– Ты – моя сестра. Всё, что касается тебя, очень даже моё дело. Как ты могла так поступить со мной? – тон Глэдис изменился. Стал серьёзнее и злее. – Как могла бросить меня ради этой бледной немочи?
– Я тебя не бросала.
– Бросала! – стояла на своем Глэдис. – Даже не попыталась пригласить с собой.
– Как я могла? – оправдывалась Вивьен. – Я же не к себе домой шла?
– Ты пошла, за бог знает кем, и бог знает – куда. У тебя вообще мозгов нет? И сердце, похоже, словно лужица мелкое. Скажи, разве хоть раз я тебя оставила?
– Ты не понимаешь! Даггер не согласится со мной дружить, если ты будешь рядом!