— Есть замки, которые выдержали несколько осад, милорд, — сказал сэр Гант.
— Но замков, которые пали, гораздо больше, — сказал Ланс. — Мне нравится Нарда, но давайте будем реалистами. Против шайки разбойников он годится и в нынешнем состоянии, но если нас будет осаждать целая армия, замку не устоять даже если мы поднимем стены вдвое от их нынешней высоты. Замок недостаточно велик, чтобы разместить в нем гарнизон, который может сопротивляться долгой осаде. Не говоря уже о запасах провианта для этого гарнизона. Так что стены меня вполне устраивают и в теперешнем своем состоянии. Давайте обновим кладку там, где это необходимо, но ничего радикального со стенами делать не будем.
— Как вам будет угодно, милорд, — если это решение нового владельца замка пришлось кастеляну не по душе, внешне он это никак не выказал.
— Зато я заметил, что в замке явно не хватает рабочих рук, — сказал Ланс. — Как только прибудет мой обоз, наймите тех, кого посчитаете нужным.
— Да, милорд.
— А теперь давайте вернемся в крепость и пообедаем, — сказал Ланс. — После этой прогулки у меня разыгрался зверский аппетит.
— Да, милорд. А как вы намерены поступить с молодой леди?
— Стоп, — сказал Ланс, и они действительно остановились. — Что еще за молодая леди? Впервые слышу о молодой леди.
— Леди Катрин, дочь графа Риттера, — пояснил сэр Гант. — Девица на выданье, накануне войны должна была состояться ее свадьба с сыном нашего соседа, наследником лорда Монро, но потом родители решили повременить до конца войны.
— Война кончилась, — сказал Ланс. — Пусть женятся.
— Сэр Хью Монро должен был участвовать в битве на Золотом луге, — сказал сэр Гант. — О нем уже больше месяца нет никаких известий.
— А на чьей стороне он воевал?
— На стороне Алого Ястреба, милорд. Он отправился на войну вместе с графом Риттером.
— Я вижу, молодой король не очень популярен в ваших краях.
— Когда-то наша провинция была богатой и процветающей, — сказал сэр Гант. — Но потом королевство расширилось, столицу перенесли на ее нынешнее место, и древние семейства, многие века служившие опорой трона, пришли в упадок. Возможно, выступая на стороне Алого Ястреба, они хотели как-то улучшить свое положение. В случае победы…
— Весьма странная логика, если вспомнить, что Алый Ястреб был первым министром при отце Леонарда, — заметил Ланс. — Если людям хотелось перемен, им стоило выступать на стороне молодого короля.
— Большинство здешних лордов стары, — сказал сэр Гант. — Король Леонард для них — всего лишь мальчишка, а первый министр был человеком их поколения.
— Консерваторы, радеющие за перемены, — пробормотал Ланс. — Жизнь довольно причудлива, но это наблюдение ни на шаг не приближает нас к ответу на вопрос о том, что делать с молодой леди. Почему вы не сказали мне раньше?
— Простите, милорд. Я думал, вы знаете.
— Когда король даровал мне этот замок, он просто ткнул пальцем в точку на карте и спросил, устраивает ли меня это место, — сказал Ланс.
— Вы отличились в бою, милорд?
— Что-то вроде того, — сказал Ланс. Я выиграл для короля чертову войну, хотя это совсем не входило в мои планы. И в качестве награды я получил, что хотел — замок в глухой провинции, зато на берегу моря. А про небольшой довесок в лице дочери прошлого владельца мне рассказать забыли. Или просто не сочли нужным. В конце концов, почти у каждого, кто выбрал в этой войне не ту сторону, могли быть дети. — У лорда Монро больше нет сыновей?
— Нет, милорд.
— А сам он не женат?
— Он вдовец и слишком стар для еще одного брака, милорд.
— Ну и как мне быть?
— Простите, милорд, — старый рыцарь сокрушенно развел руками. — Я не знаю.
— Вообще не понимаю, в чем проблема, — заявил Ринальдо, бодро обгрызая баранью ногу. — Ее отца отправили в ссылку, и ей, как хорошей дочери, подобает отправиться за ним.
— Она даже не знает, где его искать, — заметил Ланс. В обеденной зале их было двое. Сэр Гант, которого Ланс приглашал остаться, отлучился, сославшись на срочные дела в соседней деревне.
— Не знает, — согласился Ринальдо. — Но твоя ли это проблема?
— То есть, ты предлагаешь просто выставить ее на улицу?
— Чем не выход?
— Это недостойно.
— Ты стал рыцарем меньше месяца назад, — заметил Ринальдо. — И я тебя уверяю, слухи об истинном благородстве этого сословия несколько преувеличены.
— В данном случае меня заботит отнюдь не моя репутация.
— А что еще тебя может заботить? Ты этой девицы еще даже не видел. Вот почему она не спустилась к обеду? А я тебе скажу, почему. Она пренебрегает твоим обществом, стремиться показать, что ты недостоин сидеть с ней за одним столом. Потому что она представительница древнейшего, пусть и опального рода, а ты только вчера вылез из грязи палаточного городка.