- Впервые я увидела твою бабушку.
- Ну, почему впервые. Помнишь, она была на свадьбе Польгары? И помогла нам в Улголанде, когда нам пришлось сражаться с элдраками.
- Но в первый раз она была совой, а во второй - волчицей.
- Когда речь идет о Поледре, думаю, это не имеет особого значения.
Сенедра неожиданно рассмеялась.
- Что это тебя развеселило?
- Когда все кончится и мы вернемся домой с нашим малышом, почему бы тебе иногда не превращаться в волка? - предложила она.
- Зачем?
- Было бы приятно иметь в доме большого серого волка, лежащего у огня. А холодными ночами я согревалась бы, прижимаясь к твоей шерсти.
Он недоуменно посмотрел на нее.
- Я бы почесывала тебя за ушами, Гарион, - продолжала уговаривать Сенедра, - и приносила бы тебе из кухни вкусные косточки.
- Не пойдет, - решительно заявил Гарион. Впереди по тенистому ущелью ехали Шелк и Сади. Между ними разгорелся спор.
- Ни за что! - упорствовал Шелк.
- По-моему, ты поступаешь неразумно, Хелдар, - возразил Сади. Евнух сменил свой переливающийся всеми цветами радуги халат на западную одежду - тунику, узкие штаны и сапоги. - У тебя имеется система распределения, а я обладаю доступом к неограниченным запасам. Мы могли бы нажить миллионы.
- Забудь об этом, Сади. Я не имею дел с наркотиками.
- Но ты имеешь дело со всем остальным, Хелдар. Рынок только и ждет товара.
Почему ты позволяешь своей дурацкой щепетильности мешать получению хорошего барыша?
- Ты найсанец, Сади. Наркотики - часть твоей культуры, так что тебе этого не понять.
- Госпожа Польгара пользуется наркотиками, исцеляя болезни, - напомнил Сади.
- Это другое дело.
- Не понимаю почему.
- Этого я тебе не могу объяснить. Сади вздохнул.
- Я очень разочарован в тебе, Хелдар. Ты шпион, убийца и вор. Ты мошенничаешь, играя в кости, изготовляешь фальшивые деньги и отнюдь не щепетилен с замужними женщинами. Ты нагло обманываешь клиентов и втягиваешь в себя эль, точно губка. Ты самый нечистоплотный человек, какого я когда-либо знал, но ты отказываешься перевозить безобидные снадобья, которые сделают твоих клиентов счастливыми.
- У каждого имеется свой предел, - напыщенно ответил Шелк.
Бархотка повернулась в седле, с любопытством глядя на них.
- Это одна из самых захватывающих бесед, которые я когда-либо слышала, господа, - поздравила она спорщиков. - Ваши замечания по поводу морали просто поразительны. - Она лучезарно улыбнулась, продемонстрировав знаменитые ямочки на щеках.
- Э-э... графиня Лизелль, - неуверенно начал Сади. - Зит случайно не у вас снова?
- Случайно да, Сади. - Ослепительная блондинка подняла руку, заранее пресекая протесты. - Но на сей раз я ее не украла. Она среди ночи приползла в мою палатку и сама спряталась в своем любимом убежище. Бедняжка дрожала от холода.
Шелк заметно побледнел.
- Вы бы хотели вернуть ее назад? - спросила Бархотка у евнуха.
- Нет-нет. - Сади вздохнул и провел ладонью по бритой голове. - Коль скоро она счастлива там, где находится сейчас, нам не остается ничего, как оставить ее в покое.
- Она очень счастлива - разве что не мурлычет. - Бархотка слегка нахмурилась. - Думаю, Сади, вам следует последить за ее диетой. У нее, кажется, растет животик. - Она снова улыбнулась. - Мы ведь не хотим, чтобы змея растолстела, не так ли?
- Прошу прошения... - обиженно начал Сади.
В этот момент на корягу впереди спикировал синекрылый ястреб и начал тщательно чистить перья клювом. Когда всадники приблизились, он спрыгнул на землю и превратился в Бельдина, бормочущего проклятия.
- Что-нибудь не так, дядя? - спросила Польгара.
- Попал под встречный ветер, который растрепал мне перья. Знаешь, как это бывает.
- Еще бы! Со мной такое случается постоянно. Ночные ветры совершенно непредсказуемы.
- У тебя слишком мягкие перья.
- Не я придумала сову, дядя, так что не порицай меня за перья.
- Впереди придорожная таверна, - сообщил Бельдин Бельгарату. - Хотите остановиться и попытаться выяснить, что происходит на равнине?
- Неплохая идея, - согласился Бельгарат. - Лучше не нарываться на неприятности.
- Тогда буду ждать вас внутри, - сказал Бельдин и снова взмыл в небо.
Польгара вздохнула.
- Почему опять в таверне? - пожаловалась она.
- Потому что люди, когда выпьют, любят поболтать, Пол, - объяснил Бельгарат. - В таверне можно за пять минут получить информацию, которую в чайной пришлось бы вытягивать целый час.
- Так и знала, что ты придумаешь объяснение!
- Разумеется.
Они спустились по лесной тропинке к таверне. Это было невысокое бревенчатое здание. Плоскую крышу изрядно потрепали погода и время. По двору бегали желтые цыплята, а в луже валялась большая пятнистая хрюшка, которую сосали радостно похрюкивающие поросята. У коновязи перед таверной стояло несколько кляч, страдающих костным шпатом, а на крыльце храпел карандиец в побитой молью меховой куртке.
Польгара натянула поводья и принюхалась.
- Мне кажется, дамы, нам лучше подождать в тени.
- Пожалуй, учитывая благоухание, испускаемое этим заведением, согласилась Бархотка.
- И ты тоже не ходи туда, Эрионд, - твердо сказала Польгара. - Незачем смолоду приобретать дурные привычки. - Она подъехала к пихтовой роще на некотором расстоянии от таверны и спешилась.
Дарник и Тоф обменялись быстрым взглядом и присоединились к ней вместе с Бархоткой, Сенедрой и Эриондом.
Слезая с коня у таверны, Сади потянул носом воздух и поморщился.
- Мне это место не по душе, господа, - сказал он. - Я, пожалуй, тоже подожду снаружи. Кроме того, пора кормить Зит.
- Как хочешь. - Бельгарат пожал плечами, спешился и направился к дверям.
Перешагнув через храпящего карандийца, мужчины вошли внутрь. - Разойдитесь по столикам и постарайтесь разговорить здешних завсегдатаев, - шепнул старик.
Строго взглянув на Шелка, он предупредил:
- Мы здесь не для того, чтобы обделывать свои делишки.
- Можешь на меня положиться, - сказал Шелк и отошел.
Гарион стоял в дверном проеме, щурясь, чтобы глаза привыкли к полумраку.
Судя по всему, таверну вообще никогда не убирали. Пол был засыпан соломой, от которой исходил тошнотворный запах пролитого на нее эля, а в углах лежали кучи гниющих остатков пищи. В дальней стене горел камин, добавляя едкий запах дыма к царящей здесь тяжелой атмосфере. Обстановка заведения состояла из грубо сколоченных столов и бревен с вставленными снизу ножками вместо лавок. Заметив Бельдина, разговаривающего в углу с несколькими карандийцами, Гарион направился к нему.