— А в какие дни? — тупо уточнил оперативник.
— Я про возраст, Николай.
— Но это же…
— Николай, — девушка внимательно посмотрела на друга. — Я встретилась со своими родственниками впервые, когда мне исполнилось двадцать три года. И ни я, ни они ничуть по этому поводу не переживали. Ваши женщины же не плачут, что не могут встретится со своим ребенком во время беременности! Считай, что у нас беременность длится восемнадцать лет. А теперь дай мне, наконец, написать чертов отчет.
Капитан умолк, но на магичку продолжал посматривать с недоумением. Ее объяснения породили больше вопросов, чем понимания. Что за бред… Не видеть своих детей восемнадцать лет. И что такое Предназначение Сюзерена. Выражение благоговения, которое промелькнуло на лице девушки, когда она произнесла эти слова, совершенно не вязалось с ее обычной равнодушной манерой говорить. Решив отложить расспросы до более подходящего момента, Николай заставил себя вернуться к рабочим делам.
— С отчетом придется еще немного подождать, извини.
— Слушаю, — снова подняла голову Агафья.
— Я договорился с Бурундуком. Дело об убийстве мальчика официально на нас с тобой. За Снайпера отвечает Макс.
— За что ж ему такая немилость? Одному там не справиться.
— Разумеется, мы будем помогать. А вот он нам помогать не будет. Постарайся вообще не упоминать при нем…
— Да, уж, понимаю, не дурочка… — нахмурилась Агафья.
— Ну, а раз понимаешь, то пиши свой отчет и вливайся. Кстати, что за отчет?
— Дело близняшек, — пожала плечами девушка, не переставая стучать по клавишам. — Мы его закрыли.
— Оп-па, — удивился Николай. — Так что ж ты молчишь? Рассказывай!
Агафья вздохнула с видом великомученицы, чем насмешила друга, и рассказала про сережки-колокольчики.
— Вот такое звяк-звяк, — закончила она. — Не сердись. Просто подобные дела всегда навевают на меня черную меланхолию. Убить сестру ради лишней комнаты… Хочется побыстрее завершить и забыть.
— Так у нас вроде за последнее время такого не попадалось?
— А я и не про нас. Я про себя, — безмятежно улыбнулась девушка.
— Все хотел тебя спросить, а чем ты на родине занималась? — поинтересовался Николай, заинтригованный этим «про себя».
— Тем же, чем и здесь. Душегубов ловила. Я была законницей. Сначала боевиком, а потом тенью. А теперь дай мне закончить этот отчет, пожалуйста, если не хочешь, чтоб завтра на планерке Бурундук меня съел, — усмехнулась Агафья.
Николай умолк, и девушка снова застучала по клавишам. Полчаса спустя она сложила все документы, касающееся дела близнецов, в папку и отнесла следователю. Когда она возвращалась в кабинет, позвонил Макс.
— Привет любовь моя. Я соскучился.
— Здравствуй, Макс, — отозвалась девушка, улыбаясь. Нежности она в коридоре отдела себе не позволила.
— Как приятно слышать от тебя «Макс», а не «Максим Андреевич», — усмехнулся майор. — Просто душа поет. Солнышко, я тут, похоже, застрял надолго. Ты меня не жди. Завтра увидимся.
— Хорошо, — согласилась девушка с явным сожалением. — Тогда до завтра.
— До завтра, родная, — отозвался Макс. — Спокойной тебе ночи и сладких снов, если мне не удастся позвонить еще разок.
— И тебе…
Агафья вошла в кабинет, думая о том, насколько странно все то, что происходит между ней и Максом. Странно и непривычно. Жизнерадостный голос Николая прервал ее размышления:
— Ну, что, подруга, закончила на сегодня?
— В общем, да, — ответила девушка. — Звонил майор, и сообщил, что ждать его — бесполезное дело.
— Понятно. Тогда поехали домой. Ужинать, правда, нечем, но мы можем прихватить что-нибудь по дороге.
— Друг мой, я думала, ты отвык от общепита.
— Мало ли от чего я отвык, — хмыкнул Николай. — Эдак ты меня совсем разбалуешь.
— Считай, что я балую себя, и пользуйся случаем, — ухмыльнулась девушка.
— Не хотелось после работы еще и нагружать тебя кухней, — неуверенно протянул капитан.
— Не парься. Секретов между нами теперь нет, так что можешь поприсутствовать и убедишься, что это — не нагрузка.
— С удовольствием.
— Тогда поехали, — заключила девушка, забрасывая на плечо рюкзачок. — А за ужином расскажешь мне про убийство мальчика. Оно как-то мимо меня прошло за всеми этими событиями.
Они вышли из Управления и отправились домой.
Знакомый подъезд встретил их беспросветной тьмой. Безуспешно пощелкав выключателем, Николай удивленно проговорил:
— Оп-па, свет отрубили, что ли? Давненько такого не было…
— Да, нет, похоже, какой-то урод лампочки на лестнице побил, — отмахнулась Агафья, спокойно поднимаясь по ступеням.