- Мадам, я должен говорить с вами откровенно, хотя мои слова могут показаться недостойными рыцаря. Я просто не могу понять, каким образом вы могли подумать такое обо мне и этой даме. Разве я посмел бы сделать предложение женщине, когда у меня не было средств, чтобы содержать жену? Ведь я не мог предложить ей даже достойного имени! О, мадам, кому как не вам это знать?! Я встретился с этой дамой три года назад, когда навещал своих родителей в Комбуре. Ее брат пригласил меня в гости, и я приехал, но меня не связывают с ней никакие клятвы и договоры. Я весьма огорчен, что она поняла наше знакомство в таком свете. Не сомневаюсь, что ее брат подтвердит мои слова.
Матильда очень расстроилась при виде такого поворота событий. Мало того, что она обидела своего дорогого старого друга! Она еще и попалась на крючок к этой.., этой авантюристке, которая сыграла на ее добросердечии, и это непростительно! Голубые глаза герцогини стали ледяными и жесткими, Выпрямившись во весь рост - во все свои четыре фута и два дюйма, - Матильда требовательно спросила:
- Итак, мадам, как вы это объясните? Вы, конечно, не солгали мне напрямую, но и не сказали правды.
Бланш де Сен-Бриек была не глупа. Она потерпела поражение, но, возможно, еще не все потеряно. Она бросилась к ногам королевы.
- О мадам, - прорыдала Бланш на редкость убедительно, - смилуйтесь надо мной! Я схожу с ума от любви к Жосслену де Ком-буру с того дня, как впервые встретилась с ним! Неужели вы, зная его так хорошо, сможете осудить меня? Учитывая его благородство, я понимала, что он не осмелится даже намекнуть мне на возможный союз до тех пор, пока не заслужит состояние. Кроме того, - не удержалась она, - я ношу имя де Сен-Бриек и выше его по положению, но я люблю его! Я надеялась, что если приеду в Англию сейчас, когда король вознаградил его за верную службу, и если увижусь с ним вновь, то он, возможно, осмелится выказать свою ответную страсть, которую, я уверена, он ко мне тоже питает. Ради приезда в Англию мне пришлось проявить отвагу и даже дерзость. Это не подобает женщине моего положения, но мне ничего не оставалось делать! Я люблю его! О, умоляю, умоляю, скажите, что вы прощаете меня!
Королева при всей своей практичности не была чужда романтики. Мольба Бланш тронула ее почти до слез.
- Да, да, - проговорила она и, наклонившись, помогла Бланш де Сен-Бриек подняться с колен. - Верно, моя милая, что вы повели себя недостойно женщины вашего положения, но я знаю, как жестоко и неумолимо чувство любви. Я знак", до каких пределов можно дойти, попавшись в его сети. Я очень сердита на вас, но все же прощаю. - Матильда повернулась к Жосслену:
- И Жосслен тоже, наверное, простит и уладит все недоразумения. Что скажете, мой дорогой друг? Хозяину поместья нужна хорошая жена, не так ли? Матильда склонила голову набок и лукаво улыбнулась.
- Именно об этом я и хотел рассказать вам, мадам, - ответил Жосслен. - У меня уже есть жена. Мы женаты вот почти два года. Она приехала со мной в Лондон на коронацию, и я был бы рад представить ее вам. Вместе с Эльфлиа король подарил мне и наследницу поместья - как супругу. И я часто с ужасом думаю, что если бы он знал, сколь щедрым оказался этот дар, то мог бы отнять его обратно. Король подарил мне не только земли. Он подарил мне женщину, которую я люблю больше самой жизни!
- Ох! - Бланш де Сен-Бриек закатила глаза и упала в обморок.
Матильда раздраженно замахала ручкой.
- Унесите ее, - велела она женщинам. У нее больше не осталось к Бланш ни капли сочувствия. Эта женщина дурно воспитана и получила по заслугам.
Продолжая о чем-то щебетать, фрейлины не без труда выволокли бесчувственную Бланш из комнаты, а Биота по знаку своей госпожи встала в передней, чтобы помешать им вернуться. Матильда села в высокое кресло, поставила ноги на скамеечку и жестом указала Жосслену на второе кресло напротив.
- Ну а теперь рассказывайте все по порядку, Жосслен, - сказала она, подавшись вперед, поставив локти на колени и приготовясь внимательно слушать. Порой она улыбалась его словам, а порой даже закусывала губу, чтобы не рассмеяться. Когда Жосслен рассказал о том, как Мэйрин защищала Эльфлиа и как потеряла ребенка, светло-голубые глаза Матильды наполнились слезами сострадания.
- Ах, бедняжка, - проговорила она. - Ваша Мэйрин - храбрая женщина. Именно такая жена вам и нужна. Эта Бланш ни за что не смогла бы так защитить свой дом. Не думаю, чтобы на Эдрика Дикого произвела впечатление женщина, то и дело падающая без чувств.
- Мэйрин очень хочет встретиться с вами, миледи Матильда. Знаете ли, она завидует вашему семейству. Ей, как и мне, очень хочется много детей.
- Так приводите ее! Приводите сегодня же, друг мой! Мне просто не терпится увидеть вашу колдунью. Какое прелестное прозвище вы дали ей, Жосслен! Я всегда подозревала, что, несмотря на ваше восхищение Вильгельмом, несмотря на то что вы пытались подражать ему, в глубине души у вас есть романтическая жилка. Однако вы рассказали мне не все. Я вижу по глазам. Вы хотите еще в чем-то признаться? - Матильда игриво улыбнулась. Она до сих пор чувствовала себя неловко за то, что устроила своему другу такую неприятность с Бланш. Жосслен мгновение поколебался и сказал: