Мы переглянулись.
- А что, есть?
- Я что, не знаю, что вам надо? Но сначала ружья давайте.
Человек с ружьём на острове – дело обычное. Медведи не только вдоль берега гуляют, но и вглубь острова заходят. С оружием здесь обращаться умеют, и понимают, что можно, а чего нельзя.
- Ты чего? – оскорбился геолог. – Полагаешь, что мы тут напьёмся и друг дружку перестреляем?
- Да по мне хоть и перестреляли бы. Но ежели я говорю – отдать, то слушать а не рот развевать. Я зря не скажу. За себя не бойтесь, я тоже здесь ночевать останусь.
Наступила тишина. Последняя её фраза насторожила более, чем просьба сдать оружие. Она остаётся, чтобы защитить нас? И для той защиты ружья не нужны, а наоборот, противопоказаны? Наверное, каждый из нас в этот момент вспомнил, что она – дочь шамана.
- Ну? – Маруся голосом словно просверлила геолога. Он медленно встал, подошёл к своему рюкзаку и вытащил из-за него ружьё. Вернулся и протянул его Марусе.
Та взяла ружьё, раскрыла замок и деловито проверила, что стволы пусты. Движения были ловкими, видно было, что она с оружием умеет обращаться.
То же она и проделал с ружьём, которой отдал ей наш начальник.
- Служивый, - она повернулась к капитану.
- Я… Я не имею право никому передавать табельное оружие. По Уставу…
- Я твой Устав, - перебила его Маруся. – Мне шо, тебя как девку уговаривать?
Капитан посмотрел нас, словно ища поддержки. Мы сидели опустив головы, помочь ему никто не мог. Он расстегнул кобуру и достал пистолет.
Также ловко Маруся вытащила из пистолета обойму и вернула её капитану.
- На что мне патроны твои…
Она унесла конфискованное оружие куда-то к себе и вскоре вернулась с большой бутылью.
- Местная, на ягодах настроенная. Заместо лекарства можно.
- Интересно, у неё мужик есть? – неожиданно спросил капитан.
- Был, - хихикнул геолог, - да задохнулся, титькой придавило.
Шутка не получилась. Все оставались под впечатлением того, с какой лёгкостью она нас обезоружила.
Николай Сергеевич разложил по мискам еду и разлил самогон по пол кружки каждому.
После первого тоста и первого куска съеденного мяса – просто объедение - мы разговорились. Капитан, прежде казавшийся молчуном, разговорился.
- Никогда не думал, что вот так, с лёгкостью, отдам табельный пистолет, да ещё бабе. В голосе её, во взгляде, сила какая-то необычайная – невозможно ослушаться. Словно гипнотизирует. Не зря её на острове колдуньей считают.
- Мне бы такую силу, - мечтательно сказал Манукян. – Все бабы бы мои были.
- Вот и хорошо, что у тебя такой силы нет. Умер бы от истощения, - сказал Николай Сергеевич.
Все засмеялись.
- Видать, про силу её такую на острове все знают. За что и колдуньей считают. И уважают за то, что она силой своей осторожно и умело пользуется. Чтобы не навредить.
- Любопытно, сила её такая на всех действует, или только на некоторых? – задумчиво сказал Николай Сергеевич. – Эх, поздно сообразили, нужно было у народа поспрашивать. Я слышал о колдунье, но серьёзно не воспринимал – мало ли что говорят. Особенно, когда оказываешься у чёрта на куличках, да ещё в окружении тех, кто только вчера вёл первобытный образ жизни.
- Не обижайте чукеранов, - сказал геолог. – Это на этом острове они недавно, меньше ста лет назад часть их народа перебралась. А на материке они совсем другие. Большими поселения жили. Ремесленники свои были. Есть в летописях письмо, восемнадцатым веком датированное, так в нём говорилось, что у чукеранов даже свои кузнецы есть.
- Кто же их заставил на остров перебраться? – задумчиво сказал Николай Сергеевич. – Может, такой же, как Маруся, шаман собрал своих единоверцев, и увёл подадьше от наступающей цивилизации. Как раз лет сто назад индустриализация до этих краёв добралась.
- Никакая она не Маруся, - неожиданно сказал геолог. – Это её так, промеж наших прозвали. На самом деле её зовут иначе, только никто не говорит, как. Табу на её имя наложено, кто произнесёт – либо до конца дней под власть её попадёт, либо с ним что-то страшное случится.
- Вот это уже сказки, - резко сказал наш руководитель. – Гипноз – это явление наукой подтверждённое, и то, что гипнотизировать можно не только взглядом, но и голосом – известный факт. А от того, что имя произнесёшь, ничего случиться не может. Если кто не верит, так пусть уточнит: как произнесённое? Про себя, шёпотом, вслух? В её присутствии, или вдали от неё? С радостью в голосе, или со злостью? Видите, как много факторов? Это я ещё вглубь проблемы не заглянул.
- А если поразмышлять трезвым умом, почему она оружие забрала? – задумчиво сказал капитан.
Николай Сергеевич взялся за бутыль.
- От противного. Чтобы наш ум был трезвым, надо ещё выпить.