От шока и от остроты новых ощущений, я не могла даже пошевелиться. Голова требовала немедленно прекратить всё это, а тело… тело отказывалось подчиниться разуму и здравому смыслу. Я словно опьянела от легких, почти невесомых поглаживаний, касаний… Прикрыв веки, я наслаждалась мужскими прикосновениями и уговаривала себя, что ещё одну минуту и я остановлю это безумие. Но в итоге остановила его не я.
Рука, ласкающее бедро, скользнула выше и сильно сжала попу, а вторая, в этот момент, переместилась на грудь и стала жадно её ласкать. Теперь его прикосновения не напоминали легкое облако, а наоборот разносили по телу одеревенелую тяжесть и страх.
Замерев лишь на секунду, я резко дёрнулась и попыталась освободиться из объятий. В ответ Кирилл лишь сильнее прижал меня к себе, отчего мне в попу уперлось что-то твёрдое и горячее. Пока я соображала, что это может быть, шеи коснулись теплые мужские губы. И когда эти губы стали больно прикусывать тонкую кожу, я дернула ногой и со всей силы стукнула пяткой по коленной чашечке Кирилла.
Возникла секундная пауза, а потом я услышала громкий надрывный мужской рев и меня тут же выпустили из объятий. Не медля ни секунды я подскочила с топчана и быстро отошла на несколько шагов назад.
- Ты что творишь? – рыкнул Кирилл.
Я молча смотрела как мужчина прижимает к себе ушибленное колено и совершенно не испытывала угрызений совести.
- Могла сказать, что не хочу или не нравится. Нет, бл…ть, ты сразу бить. И куда! По самой больной точке. Ещё бы между ног еба…ла.
- В следующий раз туда тоже получишь, - медленно проговорила я, стараясь справиться со сбившемся дыханием.
- Ещё раз убедился, что ты гребаная садистка. Сама же лежала и кайфовала.., а потом без предупреждения ударила. В цивилизованном обществе так себя не ведут… Язык для чего тебе дан, твою мать! Чтобы говорить.
- Думаю, в твоём цивилизованном обществе руки не распускают и не лезут к девушке без её разрешения.
- Лезут. Ещё как лезут. А разрешение у меня было. Ты ведь только что не стонала, пока я тебя наглаживал, твоё тело и ты, своим бездействием, дали мне на это разрешение.
- Я до конца не проснулась… поэтому…
- Ну-ну. Рассказывай это человеку, который в юности столько баб перетрахал, что даже твоих волос на голове не хватит, чтобы всех пересчитать.
- Фу, как всё это мерзко и грязно… Как тебе не стыдно об этом говорить. То, что происходит между мужчиной и женщиной должно оставаться между ними, а не преподноситься всем и каждому, ещё и в такой форме…
Пока я говорила, Кирилл вдруг перестал материться и в упор посмотрел мне в глаза.
- Ты откуда взяла этот бред.
- Это не бред. Я так думаю.
- Так давно уже никто не живет. Все интимные отношения уже поставлены на поток. Все меняют партнёров, как перчатки и это совершенно не осуждается. Более того, всё чаще люди открыто обсуждают свои прошлые и настоящие отношения, в том числе и интимную жизнь. Мы давно перестали быть консервативным обществом. Захотел – трахайся направо и налево, никто тебе слово не скажет.
- И женщины… они тоже это себе позволяют?
- В большинстве своем. Есть исключения, но они, как правило, все разобраны.
- Я не могу в это поверить. Думаю, что именно тебе такие попадались. Ведь хорошие, честные девушки никогда не будут вешаться на мужчину и позволять себе всякие… пошлости.
- Думай как хочешь, но если бы ты сейчас попала в мой мир, ты бы заговорила по другому. Всё гораздо проще и легче, чем ты думаешь. И это не так плохо, как тебе кажется. Хотя я и сам не люблю прилипал, но когда всё по согласию, почему бы и нет.
- Я согласия не давала и ты обещал ко мне не приставать. Вспомни.
- Ну-у... может мне стало скучно. Энергию не куда девать и всё такое…
И с такой издевательской улыбкой он это сказал, что мне стало как-то гадко и противно.
- Я тебе не игрушка и ты далеко не ребенок чтобы пакостить от скуки. А если ты на самом деле заскучал, выходи на улицу и убирай снег. Очень помогает освободить голову и занять руки - обиженно прошипела я и накинув сюртук вышла в сени охладиться.
Весь день проходил в гнетущей атмосфере и напряжении. Кирилл сегодня напоминал зверя в клетке. Он ходил по комнате из угла в угол и периодически бросал в мою сторону тяжёлые взгляды. Причем я совсем не понимала, в чем я перед ним виновата. Скорее это он не прав. Несколько раз мужчина подходил к окну и тихо бурчал себе под нос: «когда же закончится эта грёбанная метель?». Но поскольку вопрос был адресован не мне, отвечать на него я не спешила.
Кирилл целый день ничего не ел, а к вечеру вдруг сказал.
- У тебя выпить есть?
Я отвлеклась от приготовления ужина и удивленно уставилась на мужчину.