Роман смолк на несколько секунд, переводя дыхание и давая аудитории возможность обдумать только что сказанное им.
— Но я предлагаю, — заговорил он вновь, — всё-таки оставить сейчас социологию и вернуться к культуре. Что же мы можем сказать о ней однозначного? — Роман обратился к аудитории, как бы ожидая ответа. На самом же деле он лишь добивался определённого накала, того эмоционального состояния, при котором человек уже внутренне готовится что-то произнести, у него уже зародилась некая мысль, но он ещё сам не до конца понимает, какая именно, — таким образом, внимание его уже полностью привлечено к происходящему, но он ещё и не раздражён тем, что ему не дали высказаться; и именно в этот едва уловимый момент Роман всегда продолжал говорить, сам отвечая на собственный вопрос.