Что же такое издательство? Совершенно ясно было, что оно публикует тексты. Издаёт книги. В связи с этим Фатин быстро сообразил, что одной из его задач будет утверждать текст к публикации либо выкидывать в урну. Вскоре он также заметил, что акт выкидывания текста отчего-то доставляет ему особенное удовольствие — и оно было прямо пропорционально степени жалости, отражающейся на лицах сотрудников. Далее, пополняя ряд наблюдений, Фатин определил наконец для себя, что же такое литература, словно бы разгадал неприятную загадку, которая не то чтобы сильно его беспокоила, но с которой он не раз сталкивался в жизни ещё со школьных времён. Теперь же он постиг эту тайну: очевидным было, что определённые тексты при их публикации увеличивают, хотя и незначительно, небольшие цифры на счету его карты, а также делают шаткое положение издательства чуть менее шатким, в то время как от других текстов, наоборот, уменьшаются цифры и в целом снижается и без того низкая популярность товара, выпущенного издательством «НВЛ». Тут проявились вдруг необычайные способности Фатина к обучению и аналитике: за какие-то несколько недель он в совершенстве освоил практический навык, позволяющий ему по одному лишь названию рукописи мгновенно определять, к какой категории относится данный текст. Именно тексты, относящиеся к первой категории, и приходили теперь на ум Фатину, когда кто-то произносил при нем слово литература.
Так «НВЛ» стало регулярно выпускать однообразные бульварные романы, женские и подростковые, детективы и изредка даже сборники современных стихов. Последние Фатин внимательно просматривал — желая удостовериться лично, что в каждом стихотворении сборника слово «любовь» встречается хотя бы один раз.
В один из дней Фатин, особенно возбуждённый и радостный, что едва ли было для него характерно, принял у себя в кабинете курьера и расписался в получении посылки. С нетерпением раскрывал он большую коробку и, наконец, извлёк на свет то, что было внутри, — блестящую ярко-красную урну для мусора. Она была пластиковой, высокой, прямоугольной, и Фатин смотрел на неё в восхищении несколько минут. Урна была куплена взамен старой, белой и небольшой, в которую не помещалась и половина бумаг, которые Фатин выкидывал. Вообще он терпеть не мог бумаг. Когда Фатин видел их, первым порывом его души было смахнуть их со стола, выбросить в окно, уничтожить. Теперь же, из-за новой своей должности вынужденный иметь с бумагами дело, он с особенным, ещё бóльшим, наслаждением избавлялся от них при первой возможности.
Поначалу Геннадий настолько погрузился в свою новую работу (которая главным образом заключалась в том, что каждый день он приезжал в офис, усаживался в кресло, пил кофе и решал, какие бумаги выкинуть, а какие отложить в ящик стола с тем, чтобы выкинуть чуть позже), что ночами ему стали даже сниться страницы книг. Но не обычные, а диковинные, каких не встречал он ещё, к величайшей досаде своей, в жизни. Каждую ночь волшебный сон повторялся. Менялись лишь место, время и обстоятельства: то это был книжный магазин, то квартира, то офис. Ворочаясь в сладком сне и похрапывая, Фатин всякий раз неизменно оказывался вдруг перед большим письменным столом, заваленным книгами. Тогда он брал одну из них в руки и начинал листать её, и она шелестела тоненькой бумагой под его пальцами — но там… О, что было там! Вместо испещрённых ненавистными буковками листов вдруг оказывались страницами книги бесчисленные разноцветные прямоугольнички с цифрами, расположенные один под другим, скреплённые между собой и прошитые у переплета. Они шевелились и дрожали от малейшего дуновения, они мягко прикасались к его коже, и Фатин, не веря глазам своим, хватал со стола следующую книгу, и следующую, и везде было одно и то же: 100, 200, 1000, 5000, 500, 50 и даже 10, и Фатин тогда принимался считать, судорожно листая страницы, но, конечно, сбивался и тогда начинал кричать, зовя на помощь Алину, требуя, чтобы она немедленно пересчитала и сообщила ему точную сумму, и всякий раз он просыпался в поту от того, что зовёт Алину, и жена уже стала ругаться, не обращая нисколько внимания на все его попытки объяснить, какой диковинный и чудесный сон он видел. Просыпался Фатин с досадой, с горечью, со страшным разочарованием — если бы только мог он хоть раз за всю жизнь действительно испытать это чувство сладкого счастья, какое испытывал каждую ночь во сне!..