К моменту, когда наступил последний весенний месяц 1994 года, я учился вместе с Петькой — он к тому времени приобрёл кличку Петюня — на третьем курсе сельскохозяйственного института в столице области, правда, мы с ним выбрали разные факультеты, ну а Ольга уже почти заканчивала педагогическое училище в одном из районных центров. Я и Оля начали наш любовный роман в период студенческих каникул, встретившись как-то в посёлке Серебреки, где мы родились и выросли, на ночной дискотеке, проходившей в здании местного дома культуры, или в просторечии — «клуба», но дальше совместных вечерних прогулок, жарких объятий и жадных поцелуев наши отношения пока ещё не зашли. Полагаю, она специально держала меня на расстоянии, не позволяя предпринимать более серьёзные сексуальные действия, ну а я, подталкиваемый юношеским максимализмом, интерпретировал её поведение как вызов и самонадеянно собирался во что бы то ни стало испытать с ней восхитительные ощущения в тёплой и уютной постели. После парочки свиданий мы разъехались по разным городам и учебным заведениям, и вот, спустя внушительный срок, майский праздник случайно соединил нас на родной земле. Длительная разлука щекотала мне нервы, и я был настроен максимально решительно, собираясь претворить свой нехитрый замысел в жизнь.
Как ни странно, уже довольно скоро подвернулась отличная возможность совершить задуманное, к тому же с совершенно неожиданной стороны. В пятницу вечером ко мне подошёл в клубе мой бывший одноклассник Артур Шнайдер и сообщил, что у него есть крайне заманчивое предложение. Было бы неверным утверждать, что меня связывали с ним прочные узы дружбы, однако и вражды между нами никогда не наблюдалось, мы хорошо понимали друг друга ещё в школе и неоднократно пересекались в общежитиях, если земляки из числа студентов организовывали там периодические тусовки и весёлые попойки. Он учился в политехническом институте и порой навещал Петра Воробьёва. Что было общего у Артура — красивого парня с мускулистой, спортивной фигурой, от кого с ума сходили многие девчонки в Серебреках, вызывая этим зависть у других пацанов, видевших в нём соперника, — и Петюни, чей внешний облик наверняка с женской точки зрения оставлял желать лучшего, я уразуметь не мог, да и, в принципе, не пытался. На мой взгляд, оба они имели весьма несхожие увлечения, жизненные понятия и цели, но что-то их всё равно объединяло, впрочем, данная загадка никак не повлияла на ту историю, которую я решил донести до читателей этих строк...
Итак, Артур приблизился ко мне с многообещающей улыбкой (я стоял у окна и наблюдал за юношами и девушками, лихо отплясывающими под громкую, ритмичную музыку популярного чернокожего европейского певца) и сказал, что нам нужно поговорить. Как правило, на сельских дискотеках с подобными словами обращались исключительно при намерении набить морду, но Шнайдер был не из тех парней, кто мог беспричинно затеять драку, потому я без малейшего волнения вышел вслед за ним из клуба. Как всегда, на пятаке перед зданием столпилось множество молодых людей мужского пола, большинство из них разбилось на мелкие группы и, присев на корточки, азартно обсуждали, судя по всему, планы на вечер и ночь. Мы удалились от гомона толпы и свернули за угол строения, где было намного тише и спокойнее. Я достал из кармана брюк зажигалку и открытую пачку сигарет, закурил и предложил Артуру присоединиться ко мне. Он отказался, и это не вызвало у меня особого удивления, так как мне хорошо было известно его пристрастие к спорту, что отнюдь не мешало ему от случая к случаю употреблять алкоголь, естественно, в разумных пределах.