Выбрать главу

Артур Хейли

КОЛЕСА

Отныне – с восхода солнца и до наступления темноты – ни единой повозке не разрешено будет въезжать в черту Города… Тем же, что въедут в Город ночью и еще будут находиться в нем на заре, надлежит разгрузиться и стоять порожняком до указанного выше часа…

Советы Юлия Цезаря Сенату, 44 г, до н.э.

В Городе совершенно невозможно спать… Грохот повозок на узких, извилистых улицах такой.., что мертвый проснется…

Сатиры Ювенала, 117 г, н.э.

Глава 1

Настроение у президента “Дженерал моторс” было преотвратительное. Ночью он плохо спал: электрическое одеяло то включалось, то выключалось, и он без конца просыпался от холода. Сейчас, все еще в пижаме и халате, он разложил инструменты на своей половине двухспальной кровати, стараясь не потревожить спавшую рядом жену, и принялся разбирать регулятор. Он почти сразу обнаружил дефектный контакт, из-за чего ночью и получилась такая петрушка. Ворча по поводу того, как плохо контролируется качество изделий фирмы, производящей электрические одеяла, президент “Дженерал моторс” вынул регулятор и направился в подвал, где у него была мастерская, чтобы заняться починкой.

Его жена Корали повернулась во сне. Через несколько минут прозвонит будильник, и она, еще не вполне проснувшись, встанет, чтобы приготовить им обоим завтрак.

На улице – а жили они в Блумфилд-Хиллз, в двенадцати милях к северу от Детройта, – еще стоял в этот час серый полумрак.

У президента “Дженерал моторс”, человека обычно уравновешенного, хотя и отличавшегося стремительной легкостью и порывистостью движений, была еще одна причина для раздражения – Эмерсон Вэйл. Несколько минут назад, тихонько включив приемник, стоявший у кровати, глава “Дженерал моторс” прослушал “Новости” и среди прочих голосов узнал знакомый, пронзительный, ненавистный голос Эмерсона Вэйла, этого критикана, возомнившего себя специалистом по автомобильным делам.

Вчера на пресс-конференции в Вашингтоне он снова дал очередь по трем своим излюбленным мишеням – компаниям “Дженерал моторс”, “Форд” и “Крайслер”. И телеграфные агентства, по-видимому, из-за отсутствия других, более важных новостей широко осветили нападки Вэйла.

Он обвинял Большую тройку автомобильных гигантов в “алчности, преступном сговоре и злоупотреблении доверием общественности”. “Преступный сговор” заключался в том, что, по утверждению Вэйла, они ничего не предпринимают для замены бензиновых двигателей – иными словами, для создания электрических и паровых двигателей, а это, как считает Вэйл, является “уже вполне реальным делом”.

Обвинение было не новым, однако Вэйл, человек опытный, умевший воздействовать на публику и на прессу, включил в свое выступление самые последние данные о достижениях науки и техники и таким образом придал ему злободневность.

Президент крупнейшей в мире корпорации, доктор инженерных наук любил делать дома мелкий ремонт, когда позволяло время, и легко починил регулятор электрического одеяла. Затем принял душ, побрился, оделся и вышел в столовую, где его жена Корали уже накрыла стол к завтраку.

На обеденном столе лежала “Детройт фри пресс”. Увидев фамилию и огромный снимок Эмерсона Вэйла на первой странице, президент “Дженерал моторс” со злостью швырнул газету на пол.

– Надеюсь, теперь тебе станет легче, – заметила Корали, подавая мужу противохолестериновый завтрак: вареный белок на поджаренном хлебе, помидоры и творог. Жена президента всегда готовила завтрак сама и завтракала с мужем, как бы рано он ни уезжал. Сейчас, сев напротив, она подняла с пола газету и принялась читать.

– Эмерсон Вэйл пишет, – сказала она, – что, если нашей технике по плечу космические корабли для полета человека на Луну, а со временем и на Марс, автомобильная промышленность уж наверняка могла бы создать гарантированно прочную и безупречную машину, которая не отравляла бы воздух.

Муж ее положил на стол нож и вилку.

– Неужели ты не можешь не портить мне завтрак – я и так почти ничего не ем!

– У меня такое впечатление, что тебе его испортил кто-то еще до меня. Кстати, – продолжала она, – мистер Вэйл по поводу загрязнения воздуха цитирует Библию.

– О Господи! Да где же в Библии говорится об этом?!

– Об этом говорится в Ветхом завете, дорогой мой. Это пробудило его любопытство.

– Ну-ка прочти, – буркнул он. – Ты ведь все равно собиралась.

– Это из пророка Иеремии, – сказала Корали. – “Я ввел вас в землю плодоносную, чтобы вы питались плодами ее и добром ее, а не вошли и осквернили землю мою и достояние мое сделали мерзостью”. – Она налила еще кофе себе и ему. – Неглупо он это придумал – процитировать Библию.

– А никто и не говорит, что этот мерзавец глуп.

– “Автомобильная и нефтяная промышленность, – продолжала читать Корали, – совместными усилиями тормозят технический прогресс, который уже давно мог бы привести к созданию полноценного автомобиля с электрическим или паровым двигателем. Их резоны весьма просты. Появление такой машины заморозит огромные капиталы, вложенные ими в автомобиль с отравляющим воздух двигателем внутреннего сгорания”. – Она опустила газету. – Это хоть в какой-то степени правда?

– Вэйл явно считает, что это так на все сто.

– А ты этого не считаешь?

– Естественно.

– Значит, все-все не правда?

– Иной раз в самом возмутительном заявлении бывает доля истины, – раздраженно сказал он. – Потому-то утверждения таких, как Эмерсон Вэйл, и выглядят правдоподобно.

– Значит, ты будешь отрицать то, что он сказал?

– По всей вероятности, нет.

– Почему же?

– Потому что, если “Дженерал моторс” обрушится на Вэйла, нас могут обвинить в том, что этакая махина решила раздавить маленького человека. Если же мы промолчим, нас все равно будут поносить, но по крайней мере никто не исказит наших слов.

– А не стоит кому-то все-таки ответить на это?

– Если какой-нибудь шустрый репортер доберется до Генри Форда, то получит ответ. – Президент “Дженерал моторс” улыбнулся. – Беда лишь в том, что Генри любит сильно выражаться и газеты всего не напечатают.

– Будь я на твоем месте, – сказала Корали, – думаю, я что-то сказала бы. То есть если, конечно, я была бы убеждена в своей правоте.

– Спасибо за совет.

Президент “Дженерал моторс” быстро покончил с завтраком, стараясь больше не попадаться на приманку, брошенную женой. Но этот обмен репликами с Корали, явно стремившейся раззадорить мужа, благоприятно подействовал на него, помог выпустить пар.

Сквозь неприкрытую дверь он услышал на кухне шаги горничной: значит, его уже ждет на улице шофер с машиной, который заезжал за девушкой по дороге из гаража. Президент поднялся из-за стола и поцеловал жену.

А через несколько минут – на часах было начало седьмого – его “кадиллак” выехал на Телеграф-роуд и помчался в направлении шоссе Лоджа и нового центра Детройта. Стояло холодное октябрьское утро, в хрустком воздухе, в порывах северо-западного ветра чувствовалось приближение зимы.

Детройт – город моторов, автомобильная столица мира – просыпался к жизни.

Там же, в Блумфилд-Хиллз, в десяти минутах езды от дома президента “Дженерал моторс”, первый вице-президент компании “Форд” готовился выехать в Детройтский аэропорт. Он уже позавтракал. Экономка принесла ему еду на подносе в его неярко освещенный кабинет, где он с пяти утра читал докладные записки (преимущественно на особой голубой бумаге, которой вице-президенты “Форда” неизменно пользовались, давая указания) и диктовал на пленку краткие распоряжения. Почти не поднимая глаз от стола – и когда появилась экономка, и во время еды, – он провернул за час кучу дел, на что у других ушел бы целый день, а то и больше.

Большинство принятых им решений касалось строительства новых заводов или расширения уже существующих и влекло за собой затраты в несколько миллиардов долларов. Дело в том, что в число его обязанностей входили одобрение или отклонение проектов и расстановка их по степени важности. Однажды его спросили: не трудно ли принимать решения, связанные с такими огромными средствами? Он ответил: “Нет, потому, что я всегда мысленно зачеркиваю последние три нуля. Тогда это не труднее, чем принять решение о покупке дома”.