– Бывают ситуации, когда бежать бесполезно. Побег означал бы смерть.
– Я еще ни разу не встречалась с человеком, убившим льва, – почтительно заключила мисс Милтон. Ее мнение о собеседнике заметно изменилось.
Наступила продолжительная пауза. Казалось, Джесси обдумывает новые вопросы. Мистер Хупдрайвер поспешно достал часы и, показывая ей время, спросил:
– Послушайте, вам не кажется, что пора двигаться дальше?
Лицо нашего героя пылало, уши стали ярко-красными, но спутница объяснила его смущение врожденной скромностью. Он тяжело поднялся: его совесть теперь была отягощена убийством льва – и подал спутнице руку, чтобы помочь встать. Путешественники спустились в Кошем, забрали велосипеды и неторопливо поехали вдоль северного побережья обширной бухты. Однако мистер Хупдрайвер больше не чувствовал себя счастливым: в памяти крепко-накрепко застряла чудовищная, бесстыдная ложь. И зачем только он врал? К счастью, Джесси больше не расспрашивала о Южной Африке, по крайней мере вплоть до Порчестера, а рассуждала о возможности жить самостоятельно и о том, как отягощают людей цепи традиций. Она говорила так одухотворенно, что сознание нашего героя пришло в крайнее возбуждение. В прибрежной заводи возле замка ему удалось поймать несколько крабов. В Фархеме они остановились, чтобы выпить чаю, и отправились дальше на запад при весьма вдохновляющих обстоятельствах, о которых я сообщу, когда придет время.
XXX. Спасательная экспедиция
А теперь поведаем об энергичных кавалерах: Виджери, Дэнгле и Фиппсе – и о печальной красавице Томас Плантагенет, известной в обществе как миссис Милтон. Если я правильно помню, мы оставили эту компанию на станции в Мидхерсте в нетерпеливом ожидании поезда на Чичестер. Вся спасательная экспедиция единодушно решила, что миссис Милтон героически справляется со свалившимся на нее невыносимым горем. Джентльмены пытались превзойти друг друга в готовности помочь и смотрели на объект сочувствия тяжелым, полным нежности взглядом. Толстяк Виджери теребил усы и выражал не поддающееся словам обожание по-собачьи преданными карими глазами. Стройный Дэнгл также теребил усы, однако в его холодных серых глазах читалась сдержанность. Молодой Фиппс, которого природа не наградила усами, которые он мог бы теребить, сложив руки на груди, бодрым тоном рассуждал о железнодорожном сообщении между Лондоном, Брайтоном и южным побережьем – просто ради того, чтобы немного развлечь страдалицу. Сама же миссис Милтон в полной мере ощущала глубину дружеского участия и старалась выражать признательность разными деликатными способами, присущими женщинам.
– Пока не приедем в Чичестер, ничего сделать не можем, – заявил Дэнгл. – Абсолютно ничего.
– Ничего, – подтвердил Виджери и прошептал в хорошенькое ушко: – Вы же сегодня почти не ели.
– Эти поезда постоянно опаздывают, – констатировал Фиппс, проведя пальцами по краям воротничка.
Мистер Дэнгл – это немаловажное обстоятельство следует учитывать – служил заместителем редактора и рецензентом, а потому гордился дружбой с таким интеллектуальным партнером, как Томас Плантагенет. Мистер Виджери занимал пост управляющего в банке и слыл мастером игры в гольф. Его отношения с очаровательной миссис Милтон можно описать словами милой старинной песенки: «Дуглас, Дуглас, нежный и верный». Дело в том, что его действительно звали Дуглас – Дуглас Виджери. Ну а мистер Фиппс пока еще оставался студентом-медиком и считал, что принес к ногам леди свое сердце – сердце светского джентльмена. Миссис Милтон по-своему проявляла доброту к каждому из поклонников и настаивала на общей дружбе, несмотря на частые проявления недовольства между соперниками. Дэнгл считал Виджери обывателем, не способным по достоинству оценить тонкость романа «Душа без оков», в то время как Виджери подозревал, что Дэнглу не хватает гуманности и что он склонен хитрить и лукавить ради остроумного высказывания. Впрочем, оба сходились во мнении, что Фиппс молокосос, в то время как Фиппс мысленно называл Дэнгла и Виджери парочкой громогласных нахалов.
– Они наверняка приедут в Чичестер к ланчу, – заявил Дэнгл уже в поезде, – или чуть позже. Других приличных мест по дороге просто нет. Как только туда попадем, Фиппсу придется обойти все крупные гостиницы и выяснить, не заходила ли к ним на ланч соответствующая описанию особа.
– О, непременно выясню, – отозвался Фиппс. – Охотно. Полагаю, что тем временем вы с Виджери будете болтаться…
На нежном личике миссис Милтон отразилась боль, и юноша тут же умолк.
– Нет, – возразил Дэнгл, – мы не будем болтаться, как вы изволили заметить. В Чичестере всего два места, куда могут отправиться туристы. Это собор и великолепный музей. Я пойду в музей и наведу справки там, тогда как Виджери…