Когда-то и она была юной и прекрасной девушкой с длинными стройными ногами и прекрасной фигурой. Но теперь вместо прелестного личика с пухлыми красными губами, яркими глазами, с прямым носиком и с букетом алых роз на щеках, они видели нечто совершенно уродливое. Ее длинные блестящие черные волосы, прекрасное лицо — все исчезло.
На роскошных плечах, венчающих соблазнительное тело, возвышалась устрашающего вида голова. Голова с морщинами, зеленой кожей, красными глазами, тусклыми серыми косами волос, зловещим блеском неровных черных зубов, которые не могли закрыть слюнявые губы. Уншерби, выведенный из себя неожиданным сопротивлением девушки его домогательствам, в порыве гнева с помощью заклинаний превратил ее исключительную красоту в непередаваемое уродство.
И теперь, когда она наливала колдунам вино, ее печальные глаза были устремлены на Киду в безмолвной мольбе, так как язык не повиновался ей. Киду обещал девушке найти контрзаклинание, но пока все его попытки ни к чему не приводили. Он тщательно копался в старых затрепанных томах из библиотеки его предшественника, надеясь найти контрзаклинание и начать процесс обратного превращения.
Но сегодня маги собрались не по поводу бедной Литли.
Киду поднял кубок из слоновой кости обвел глазами собравшихся.
— Так, значит, вы согласны, братья? Забудем все распри на время от восхода солнца до восхода солнца, то есть на весь день королевской свадьбы.
Все кивнули и подняли кубки. У каждого из них были свои мысли по этому поводу.
Конечно, злобные и все же заманчивые мысли изредка мелькали в голове Киду. Ведь он мог отравить вино и тем самым сразу избавиться от всякой конкуренции и оппозиции в городе. Но нет, он не хотел нанести вред мастеру Асхурнаку, доброму колдуну и чудотворцу, который ныне занял старый дом Киду на лице Желтого Лотоса.
Все колдуны, которые пришли на эту встречу, были надежно защищены заклинаниями, и их помощники были готовы явиться по первому зову. Но Киду предполагал, что старый мастер Асхурнакс менее всего готов, возможно, к коварству. Нет, черт возьми! Киду не предполагал, он был твердо уверен, что Асхурнакс явился сюда с минимальной защитой, так как он испытывал добрые чувства по отношения к Киду и ждал таких же добрых чувств и от нового дворцового колдуна.
Но мастер Чембал — совсем другое дело. Когда взгляд Киду невольно возвращался к мрачному худому горбуну, ему казалось, что он не сделал все возможное, чтобы защититься от его злых чар даже здесь, в собственных покоях Киду. Чембал был способен нарушить перемирие, установленное на свадьбы короля, и заклинанием превратить Киду в маленькую ящерицу с длинным вертлявым хвостом, которая может быть раздавлена первым же вошедшим в комнату человеком.
Двое других колдунов, людей огромных знаний, но среднего могущества, без колебаний выпили вино, согласившись на перемирие. Чембал колебался. Он долго смотрел на Киду туманным взором, а затем осторожно, медленно поднял кубок. Киду применил малое заклинание, чтобы невидимо переместиться в пространстве и заглянуть в кубок Чембала через его плечо, так как вся его энергия направлена на обеспечение защиты от злых чар. Кубок был пуст. Чембал выпил вино. Теперь он не мог нарушить слово, так как в противном случае он потеряет доверие своих домашних и его положение в доме будет небезопасным. Все будут знать, что его слову верить нельзя.
Соблазнительное тело Литли с безобразной головой проплыло перед его смещенным в пространстве зрением, и Киду со вздохом вернулся обратно, чтобы смотреть на мир глазами, расположенными там, где установили их боги. Бедная Литли! И все же, несмотря на ее жуткое лицо, некрамон Чембал протянул руку, когда она проходила мимо, и ущипнул ее за бок. Она, казалось, даже не заметила этого. Бедная девушка! Может, ей даже польстило это внимание. Может, она вновь почувствовала себя соблазнительной женщиной. Киду заставил себя не замечать этого и продолжал:
— Нам необходимо произнести хорошие пророчества в день двойной свадьбы короля. Как королевский колдун…
При этих словах Чембал громко и хрипло рассмеялся. Асхурнакс посмотрел вверх, покачал головой, а затем снова стал ласкать рыжего котенка, примостившегося у него в рукаве. Как только Асхурнакс появился в комнате, все колдуны мгновенно проверили животное… Рыжий котенок был всего лишь рыжим котенком.
— Королевский колдун! — сказал Чембал. Он хотел продолжать, но Дорхутинакс, колдун, который специализировался на духах Реки, откашлялся и заговорил:
— Мы выпили в знак перемирия, Чембал. Мы все знаем, что ты считал себя единственным достойным колдуном, который должен был занять эту должность. Но король, да будет благословенно его имя, решил по-другому, — он осмотрел всех гордым и величественным видом, свойственным всем колдунам. — Хотя я не могу понять, почему он выбрал Киду, хотя я был под рукой. Но дело сделано и записано, глиняные таблички высушены.