Эффект оказался еще лучше, чем на тренировках. Вожак фактически проглотил гранату за секунду до того, как она взорвалась. Люминесцентный сердечник гранаты был плотно обернут кислородной вставкой, и взрыв детонатора расплескал ядовитый коррозийный газ. Смешавшись с пузырем лифт-газа, тот воспламенился от соприкосновения с влажными телами змеякул. Взрывчатая смесь рванула вспышкой света, которую, должно быть, заметили с кормы Искрящихся Шпилей Стылых Глубин. Стая хищников превратилась в частицы изодранной горящей плоти. Они проносились мимо подобно медленной шрапнели.
Дижабль открыл глаза. Одна ослепшая и полусожженная змеякула описывала спираль, тянув за собой маслянистый коричневый дым и ужасно воя в агонии. От остальных четырех не осталось и следа.
Полудержатель ощутил пульсации облегчения. Успокоившись, он хотел достать еще один лифт-леденец. Произведенный маневр, хотя и был эффективен, стоил ему потери высоты в полмили.
Его ищущие щупальцы наткнулись на расстегнутый кошель. С возрастающим ужасом несчастный понял, что случилось. Он забыл его закрыть, когда подбрасывал гранату…
Нет лифт-леденцов, нет гранат, нет ножа, нет балластных стручков. Нет надежды.
Разъяренная Шепчущая Водородоросль следовала своим величественным курсом. Но едва ли теперь это имело значение. Полудержатель выпал из внешнего мира, снижаясь с каждой секундой. Расчеты подсказчика были просты и смертоносны. Дижабль сможет пройти близко от города — своей цели, даже достичь бахромы, однако пропустит его край на расстоянии нескольких сотен ярдов.
Полудержатель глубоко вздохнул, напряг щупальцы до предела, надеясь на неожиданный подъем от проходящего вихря, и дрожащим голосом затянул Песнь Смерти.
— Джонас, я сошла с ума или у этого чужака обмотан вокруг тела какой-то артефакт?
— У которого из них, Кэш? — Джонас сосредоточился на съемке.
— Внизу на экране, среди тех гладких проворных существ, что смахивают на хищников. Ну разве не похоже это на своего рода кошелек?
— Вижу, вижу. Давай-ка подберемся поближе! — Оператор поворачивал одну из камер зонда до тех пор, пока существо не оказалось полностью в поле зрения; фокус подстроился автоматически. — Нет, не думаю…
Яркая вспышка залила экран, и перегрузка на мгновение отключила изображение. Когда картинка вернулась, искореженные тела хищников, трепеща, уходили вниз в темноту, оставляя за собой уродливые полосы жирного дыма.
— Ну что я говорила, Джонас? У существа был какой-то кошелек, оно вытащило из него что-то и бросило. В тех существ, которые, предположительно, были хищниками…
— … и которые ныне превратились в пылающие костры.
— Да. Но уничтожили себя они не сами. Их уничтожило существо.
— Оружие! Это было оружие. Проклятая тварь разумна!
— Несмотря на использование оружия… Да, Джонас, я тоже так думаю. В таком случае мы можем пойти на контакт с чужаком. Но нужная ли это для нас разновидность юпитериан? Понятия не имею. Впрочем, лучше маленькая рыбка, чем большой таракан. Следовательно, ему надо дать переносной коммуникатор, только как? Я не ожидаю от него акустической связи…
Джонас с сочувствием наблюдал за существом через видоискатель своей любимой «судзуки-73». Чужака атаковали, бедолага отбился от врага, а теперь…
— Пру, похоже, существо попало в беду. Послушай сонар! Оно издает звуки! Напоминает разговоры стада китов. И я думаю, что оно потеряло свой кошелек…
— Если бы я не боялась впасть в антропоморфизм, — заметила Кэшью, — я бы сказала, что существо испугано. Посмотри, как отчаянно машет оно своими щупальцами! Наверное, пытается достичь города!
— Даже у чужаков, — сказал Джонас, — должно быть что-то обшес с людьми. Не может так быть, чтобы тела этих существ полностью отличались от всех других чужаков, включая нас… Кэш, если бедолага хотел достичь города, ничего у него не вышло.
Люди наблюдали, как существо проскочило мимо ветвей, которые прикрывали край города, и резко пошло на глубину в опасной близости к огромным свисающим усикам…
Стая птиц-блинов выпорхнула из джунглей, распарывая и рвя стебли, а Полудержатель крутился между ними, натыкаясь то на одну птицу, то на другую, гася их стремительный порыв. Бахромчатая масса края, поманив несбывшимися надеждами, осталась вне пределов досягаемости — даже быстрая смерть отказалась от дижабля. Теперь не было ничего, что могло удержать его от бесконечного падения к центру тяготения Второго Дома, где давление становится настолько невообразимым, что атмосфера превращается в жидкость, а затем (о безумие!) в твердь. Задолго до того, как дижабль достигнет уровня жидкого молекулярного водорода, он или погибнет от голода, или будет расплющен. С потерей ножа у Полудержателя не осталось ни одного шанса ускорить свой конец. Он в исступлении рвал останки птицы-блина, которые развеет шестью ветрами… И вдруг замер. Что, во имя Истинных Старейшин, это такое?!
— Не налево, а правее! Правее, еще… Держи этот проклятый манипулятор неподвижно, Джонас… Хватай его! — завопил Бейли.
Чужак повис на одной из робототехнических рук зонда, подобно влажной тряпке, брошенной на сушилку.
— Я по-прежнему считаю, что это существо попало в беду, — сказала Кэшью. — Вы видели, как на него напали хищники. Оно сопротивлялось. Мне все равно, что вы будете говорить, но это единственное разумное объяснение того, что мы видели. Только не пытайся умничать, Джонас! У меня тоже есть воображение. Несомненно, это юпитерианский эквивалент героического эпоса… У меня всегда была хорошо развита интуиция, и я знаю, что видела.
— У меня тоже. Взгляни на это… щупальце?.. Ладно, что бы это ни было, из него сочится желтая кровь. Ну и ну! Какой неожиданный результат!