— Ты живешь в красивом месте, — заключила Зара, вслушиваясь, как чужеземец пытается скрыть северный говор. Немного грубый, как его земли под белоснежной шапкой вековых снегов. Ей бы хотелось еще разузнать что-нибудь о том месте, где живет Воин. Любую мелочь, лишь бы стать ближе к Кругу.
Каз заметил, с какой жаждой, девушка слушала о его крае, и он мог еще много рассказать ей: о холодном море, наполовину покрытым льдом или о ночи, когда граница между небом и землей стирается. Отвлечь внимание, а потом перевести разговор, упомянув болотных ведьм. И он уже придумал, как сделать это максимально естественно, как из-за камня, сплошь покрытого белым мхом, показался длинный нос, а потом раскрылись маленькие-глазки бусинки. И Морозов почти подпрыгнул, когда это нечто пробежало у него под ногами, слегка наступая на черные сапоги.
Зарина, глядя на это, расхохоталась, уже позабыв то раздражающее чувство, что появилось с его приходом. И смеялась она открыто и чисто, наслаждаясь увиденным. И лишь через минуту, когда смех стих, она смогла выговорить:
— Это моховики, они мелкие и любят шастать под ногами. Не беспокойся, самое страшное, на что они способны — кинуться в тебя землей.
Зато Казу было не смешно, он достал голубой платочек из кармана и брезгливо вытер испачканный ботинок. Это место с каждым днем преподносило все более странные сюрпризы для него. Он был готов, когда оправлялся сюда во второй раз. Влад даже потрудился найти ветхую карту , где были прочерчены дороги, соединяющие два края Они специально разыскали старые рукописи о Западных землях, которые писали еще до их рождения. В них говорилось о множествах существ, населявших этот край, об обычаях и нравах людей, и прочитанное не очень радовало Морозова. Особенно после того, что он видел в её доме, и самое пугающее, — что почувствовал.
— Если меня сегодня не обкидают грязью и не затащат в болото, то я приду в гости. Скажем, послезавтра?
Разве это не лучший день, чтобы проверить свою догадку? Если его новая знакомая действительно ведьма, то, по преданию, что он нашел в одном из свитков, она должна явиться на особый обряд, смысл которого он так и не понял, но обязательно поймет, когда увидит.
— Разве я тебя приглашена к себе домой?
— А разве я спрашивал разрешения? — в тон её спросил Каз, радуясь маленькой победе. Странная девушка замолчала, поджав губы и высоко вздернув нос. Она вела себя очень забавно.
— Это не лучшая затея.
— Я настаиваю.
— Тогда не удивляйся, если тебя по дороге водяной обрызгает.
— Я возьму запасную одежду.
Они прошли еще немного, и, по мере приближения к границе, ветер становился холоднее, а парень, наоборот, казался смелее или наглее. И как ему удавалось не замерзать в тонком кафтане — оставалось для Зары загадкой. Сама она куталась в шерстяную безрукавку и даже жалела, что не надела лишнюю пару носков.
— Мне дальше идти не стоит, — сказала она твердо, останавливаясь. В нескольких шагах от неё росли первые кусты рябины. — Ты можешь возвращаться домой, волки тебя не тронут.
— Хорошо, — Каз уже почти обернулся, но почему-то остановился и добавил. - Жди меня послезавтра, маленькая ведьма.
Ускорив шаг, он двинулся вперед, опять-таки чувствуя, как снова просыпается магия Севера. А у Зары даже лицо вспыхнуло от его наглости. Да как он мог её так назвать?
Об этом она думала, когда возвращалась домой и пообещала себе, что применит все известные ей обереги, чтобы этот наглый мальчишка не появился у порога её дома. Она нарвала несколько ветвей душистой ели и разложила их по углам комнаты; её запах должен отпугнуть злых духов.
Конечно, юная колдунья понимала, что незваного гостя нельзя приравнивать к нежити, но по характеру они были очень даже схожи: одинаково непослушные и очень наглые.
На это она потратила несколько часов, подмечая, что совершенно не готова к лету. Весна была в самом разгаре, а погреб так и не вычищен от засушенных трав. Но наиболее важным она считала поставить несколько новых защитных оберегов. И девушка так увлеклась этим занятием, что даже не заметила, как дверь тихо приоткрылась и в комнату юркнула светлая копна пышных волос.
Вельда застала подругу в том состоянии, когда она, как обезумевшая, раскладывала всевозможные обереги по дому и вне его части. В последний раз она видела её в таком виде… на самом деле никогда. Зара всегда была спокойной и больше хладнокровной, чем вспыльчивой. И это озадачило молодую девушку не на шутку.
— Что-то случилось? — осторожно спросила она.
— Случилось, — красная нить была обвязана вокруг одной ножки кровати. — Приходил твой добрый молодец. Спрашивал, расспрашивал, еле выпроводила.