– Ты замечтался… Но… Ты же знаешь, у меня кроме тебя нет друзей, ты мой единственный друг. – Юнгаф лежал, уже опустив руку. – Так что обещай, что не умрешь на заданиях и что мы правда встретимся.
– Обещаю, друг. – Генс встал и подошел к Юнгафу встав перед ним, вытянув руку. – Пойдем, у нас скоро начало награждений и выпуск магов, если ты помнишь.
– Помню, – взяв за руку Генса, Юнгаф встал. – Пошли, до награждений еще нужно будет заскочить в трактир «Мертвая туша». Я должен вернуть долг.
– Что за долг? – спросил Генс идя по тропинке за Юнгафом.
– Я взял вина для своих экспериментов, а в кошельке были только четыре хлебомарки.
– А-а, понятно.
Идя по лесу, можно было почувствовать запах смолы и шишек. Юнгафу нравился этот запах. Высокие сосны, стоящие и так величественно глядя вниз на юнцов, которые вот-вот станут полноценными магами. Рядом с тропой шел ручеек; он был маленьким, но это только дополняло красоту леса. Чистая вода, камешки, разбросанные в ручейке и массивный дуб посередине леса, под которым лежали Юнгаф и Генс. Что уж говорить о рассвете и теплом ветре, который грел души идущих. Выйдя из леса, Юнгаф и его друг вышли на окраину улицы. Здесь почти никого не было, не считая домов и красивого трактира из печки которого шел дым. Рядом была каменная дорога, которая плавно переходила в песчаную, по которой шли Юнгаф и Генс. У дома была веранда, в которой была одно кресло-качалка и столик. На веранде была вывеска «Мертвые туши». Рядом с этим трактиром были и другие дома. Из некоторых выходили женщины, которые шли на грядки и пололи их. На верандах некоторых домов сидели мужья девушек, которые курили трубки. Качаясь на кресло-качалке, нельзя было услышать, что те ворчали, но по их жестам можно было подумать, что они недовольны. Этот пункт был малонаселен, так что трактир был создан по большей части для пьяниц, живущих рядом с этим трактиром. Юнгаф шел и наслаждался теплом солнца. Подходя к «Мертвым тушам», в Юнгафа влетел мальчик лет десяти. Он растерялся.
– Ой, дяденька, простите меня, пожалуйста! – тот был готов расплакаться. – Я не заметил вас.
– Все в порядке, иди куда шел. – улыбнувшись, Юнгаф похлопал по голове паренька и пошел дальше. День обещал быть насыщенным.
– Пришли, – сказал зачем-то Генс Юнгафу, хотя это было и так понятно, – красивые же все-таки рассвет и природа.
– Ага. – сказал Юнгаф идя к трактиру.
Подойдя к двери, он постучал, а после вошел внутрь. Внутри были камин, барная стойка и лавочки, стоящие у стен, а также комнаты с кроватями и сундуками, где путники могли отдохнуть, заплатив одну солнцемарку.
За барной стойкой стоял очень массивный мужик, который всем своим видом давал понять: «попытаетесь что-то украсть, и я сломаю вам все кости». Он махнул рукой Юнгафу, подзывая к себе. Тот подошел.
– Ну, малец, где мои деньги? – Спросил трактирщик, глядя прямо в глаза парню, который был ниже его на две головы. Руки были сложены на груди.
– У меня нет денег. – спокойно сказал Юнгаф.
– Тогда тебе не стоило приходить сюда без денег. – владелец трактира начал разминать кисти рук. – Я жду деньги за вино уже как тридцать три дня.
– Понимаю вас, но у меня есть кое-что получше, чем жалкие гроши.
– Хмм?.. – выйдя из барной стойки и встав в упор к Юнгафу возвышаясь. – И что же у тебя такого есть?
– Вы ведь говорили, что у вашей жены сильные судороги, кашель и насморк с выделением гноя зеленого цвета? Так вот, я создал лекарство от этой странной болезни; она ведь больна, это не просто судороги и кашель.
Мужик сразу изменился в выражении лица. Он стал более чувствительным по мимике, а его борода не придавала больше грозный вид.
– Ты правда сделал лекарство?
– Да, уважаемый. – все так же спокойно сказал Юнгаф.
– Тогда… тогда вылечи ее!
– Хорошо; приведите меня к ней.
Они поднялись на второй этаж, где была двуспальная кровать, сундук и шкаф. На кровати лежала женщина, корчась от судорог и болей в горле.
«Как же мне ее жаль… – подумал Юнгаф. – Но я ее вылечу».
– Итак, приступим.
Достав из своей сумки, бутылек с синим веществом, он попросил женщину выпить содержимое. Она послушалась. Вокруг нее появились искорки, звездочки и желтый свет, излучающий тепло. Она встала с бодростью, улыбнувшись и на ее глазах выступили слезы.
– Спасибо вам огромное, милый мальчик, – в ее голосе была дрожь, – Я так мучилась, а вы меня спасли.
– Всегда пожалуйста, только есть один дефект: лекарство действует семь суток, после истечении срока болезнь вернется.
Муж и жена помрачнели. Не было радости, только отчаяние того, что болезнь не лечится.
– Но я изготовил множество таких лекарств разного срока действия, – с улыбкой сказал маг-целитель болезней. – И они у меня с собой, пользуйтесь.
Достав из сумки коробку и открыв ее, Юнгаф пожал руку Трактирщику и двинулся к выходу.
– Меня Юджин зовут, – со стыдом сделанного ранее и смущением сказал трактирщик. – А тебя, юнец?
– Юнгаф, а моего друга зовут Генс. Всего доброго! – после этих слов герой семьи Юджина исчез за лестницей.
***
– Ну ты даешь! Я бы уже наложил в штаны. – сказал Генс идя по улице с Юнгафом.
– Ничего такого, просто нужно уметь общаться, а не как ты стоять, молча опустив голову вниз.
– Ты прав, наверное. – загрустив сказал Генс.
– Не грусти, мы скоро будем на месте!
Дойдя до красивого здания, они остановились. Было много народу, но все устремили свое внимание на Юнгафа и Генса. Обычному человеку стало бы слегка неуютно, но они шли спокойно, уверенно. Пройдя до своих мест, они сели. Должна была начаться церемония.
– Знаешь… – Юнгаф слегка смутился. – Время быстро пролетело.
– Это да, столько всего произошло и вот мы уже выпускники. Но ведь это так круто! Получить свой первый сотый баам! А потом перейти на дан, а после дана на гир! – Генс счастливо улыбнулся.
Наконец вышел директор академии магов. Взглядом осмотрев каждого, он принялся читать речь; но никто его не слушал, так как все уже жаждали получить медальон в виде кота, который означал, что они из академии дикого кота. Когда директор закончил, он попросил назвать по очереди учеников, чтобы те вышли и получили медальон. Первым пошел высокомерный Гарфилд: его никогда не любил Генс, поэтому было понятно, почему тот не мог спокойно сидеть на месте без возмущений почему тот пошел первый. Второй пошла красивая девушка по имени Эльза. Ее красивая походка заставляла смотреть только на нее. Получив медальон, она вернулась на место, только уже не села, а осталась стоять, отдавая честь. Когда еще несколько учеников получили свои медальоны, очередь дошла до Генса. Тот встал и улыбнувшись Юнгафу гордо вышел вперед. Подойдя к директору, он обменялся рукопожатиями и получил медальон, окрашенный в серебристый цвет. Цвета медальоны принимали только в том случае, если человек чист душою, а после в зависимости от его грехов и чистоты души, цвет будет меняться. Сами же медальоны были толстыми, а цепочка была довольно тонкой. Можно было подумать, что она не выдержит вес медальона, но она была сделана их медиумиза – особый металл, который мог выдержать вес до трехсот тонн.