/* - полного соответствия терминов реальной истории не ждите. К тому же в разных бывших провинциях империи дела могут обстоять отличным от описанного образом. Подробнее о рангах феодалов см. глоссарий, раздел об особенностях сословного деления./
Когда я пришёл к отцу и описал свои соображения по поводу ситуации в верхах, Макото лишь вздохнул и посоветовал поскорее выкинуть из головы эти опасные рассуждения. Добавив, что правду всё равно раскрыть не удастся, как и подтвердить догадки: у нас, Оониси, положение не то и возможности не те, чтобы раздобыть нужное количество проверенных сведений. А без них только и можно, что догадки строить. Кроме того, политика всегда становится результатом компромиссов и десятков разрозненных действий, предпринимаемых на разных уровнях и с разными целями, зачастую противоположными. Очень редко кто-то один действует так умно, тонко и дальновидно, что именно его планы претворяются в жизнь без огрехов... чаще же воля власть имущих становится жерновами, вращение которых не особенно вредит самим жерновам, но затягивает и перетирает в кровавый кисель любого, кто сунется дальше, чем нужно.
Поэтому разумный человек, сказал Макото, (а люай тоже люди) держится подальше от высоких замыслов и всего с ними связанного.
Мне оставалось лишь кивнуть и пообещать, что активно искать правду я не стану.
* * *
А тучи на политических вершинах становились всё гуще, всё черней. В конце зимы Юу Чибору объявил о созыве войска - но то стало лишь ответом на такое же объявление со стороны его наследника, прозвучавшее на три десятидневья раньше.
Похоже, что год, начавшийся с дней Долгой Радости, не будет радостным. Вообще.
Я вновь поговорил с отцом. Тот неохотно, но принял мои доводы. На пятый день после этого разговора Макото, мама Аи с сестрёнкой Нацуко, я, Хироко, которой до родов осталось уже совсем немного, и четверо самых доверенных слуг выехали из Ёро на арендованных фургонах. Мы направлялись к горному поместью Сёнама, выкупленному отцом у сэмё Узэ Тадао - бедного, но жаждущего с оружием в руках послужить своему князю.
Что ж, сделка вышла обоюдовыгодной: сэмё получил деньги на вооружение и экипировку своих самураев, а наша семья - тихий угол в двух днях пути от летней столицы.
К сожалению, поместье предназначалось отнюдь не для возделывания земли (будь иначе, и феодал не смог бы продать его люай по закону). Оно являло собой типичный пример "места для обретения гармонии". Или, говоря проще, жилья на природе, в которое приезжают ненадолго, чтобы отрешиться от мирской суеты, отдохнуть, расслабиться. Однако я не видел сложностей с тем, чтобы прокормить мою семью и слуг. Бывший владелец поместья уверял - и я не поймал его на лжи - что охота в ближних окрестностях Сёнама хороша, в быстрой речке, шумящей всего лишь в сотне шагов от поместья, полно рыбы, а крестьяне из деревень неподалёку всегда готовы продать излишки риса и других плодов земли.
Надо заметить, что уже один только путь до нового места жительства сильно помог нам в том самом обретении гармонии. Фургоны неторопливо ползли по петляющей дороге, понемногу поднимаясь в гору. То справа, то слева, а то и прямо впереди открывались виды, своей ничем не испорченной красотой утишающие страсти. Укоренившаяся на вершине скалы одинокая сосна; облака, белым стадом сбегающие от вершин в долину; строгие контуры каменных великанов, ни в какое сравнение не идущих с любыми творениями рук человеческих - и силуэт орла, парящего в синеве над ними... Впервые за долгое, очень долгое время в душе моей шевельнулось желание взять в руки кисть не для упражнений в каллиграфии или сотворения цем-печатей, а для запечатления чистой красоты мира на мокром шёлке.
Хироко вообще расцвела: для неё дорога, даже недолгая, стала чем-то вроде возвращения к истокам, к привычному бытию караванщика. И я радовался всякий раз, как переводил взгляд с пейзажей на жену... что случалось часто.
Хорошо, что мы покинули столицу. Да. Хорошо.
* * *
Мой первенец родился в начале лета в поместье Сёнама. Мой сын. Мой... нет - наш с Хироко малыш. Оониси Кейтаро.
Впервые за три жизни я ощутил завершённость. Настоящую гармонию.
Несмотря на подготовку люай, я забыл о предсказании, сулившем моей семье переменчивое счастье... потому что не хотел об этом помнить.