Не терять ни секунды. Ударить топором хотя бы и в спину. Разом покончить с этой тварью.
– Ты говорил в городе, что сможешь найти это место, – сказал Драган, глядя на Тима, и он кожей ощутил неведомое ему до того момента прикосновение биополя этой гадины.
Очень неприятное чувство. Будто тебя пытаются загипнотизировать, чтобы потом проглотить целиком, без остатка.
– Говорил… – пробормотал Тим, стараясь не встречаться с Драганом взглядом. – Говорил, что знаю, как добраться до ДОТа из Роуску, а по какой дороге ехать туда – это не мое дело. Я же не за рулем… И еще я заснул, пока мы ехали…
С переднего сиденья к нему повернулась Анникки, выставив перед собой смартфон. Всю дорогу, пока они не остановились посреди леса, финка время от времени снимала на видео их поездку. Открылась дверь, и с улицы вместе со снегом, холодным воздухом и казавшимся переваренным светом ввалился Жека. Анникки навела камеру телефона на него.
– Ну и ну, – сказал Жека, с хлопком закрывая дверь. – Даже не верится, что в этих местах бывает лето… Время года – зима. На границах спокойствие. Сны переполнены чем-то замужним, как вязким вареньем… – он помахал рукой в камеру финки.
– Ты закончил свои дела? – не оборачиваясь, спросил у него Драган.
– Закончил, – кивнул Жека. – Можем ехать дальше.
– Сейчас поедем, – сказал Драган. – Сначала только поймем куда.
Тим почувствовал в его голосе неясную и смутную угрозу.
«Тушенка, – осторожно подумал он про Драгана, не поднимая взгляда. – Я взял тебя с собой в качестве тушенки. Тебя вскроют и сожрут».
– Ты про Роуску говорил? – спросила Настя у Тима.
– Ага, про Роуску.
– А оттуда как, знаешь?
– Конечно.
– Ну, вот твой Роуску. Поворот на него мы проехали, но чуть дальше, отсюда – второй по счету, будет еще один. Там дорога поизвилистей и, наверное, похуже, но она есть. До самого залива. Главное, в снегу там не застрять. Иначе такой танк не вытолкаем.
– Сама сказала, что это танк, – подал голос Драган. – Он везде проедет.
– Надеюсь… – сказала Настя. – Почему ты без навигатора ездишь?
– Зачем он мне, когда водитель был, пока его не убили, – ответил Драган. – Теперь будешь штурманом.
– Я не понял! Ты их всех себе забрать решил? – спросил вдруг Жека.
– Блин, заткнись ты ненадолго, – произнесла Настя усталым голосом. – Пожалуйста. Ни на минуту ведь не замолкаешь. Уши уже закладывает от тебя.
«Тахо» тронулся с места. Одновременно с этим Жека ответил:
– Мы же тут не в театре, чтобы сидеть молча. У нас стенд ап…
– Да помолчи ты, Петросян обдолбанный. Видел бы себя сейчас. Цирк…
– Потом увижу. Нас же снимают для потомков… Анникки, ты от кого хочешь детей? От меня или от этого типа?
– Твою мать, Жека…
– С выражениями поаккуратней. У нас «бэби он борд».
– Вот? (Что?)
– Ду ю ноу, зет хи ис май хасбенд? (Ты знаешь, что это мой муж?)
– Хасбенд? (Муж?)
– Муж? Вот это да! Свадебный альбом можно полистать, а, Настя? А то я так обдулся «Нейтронной бомбы» тогда в «Олдбое», что и не помню свадьбы…
«Что это они? Неужели у всех взрослых так сложно с отношениями?» – подумал Тим, вспоминая, как ругались родители, когда он жил с ними. Но Юля…
Девочка, на которой он женится, ругаться и драться не станет. Потом Тим случайно увидел, как Настя взяла Жеку за руку, и, боясь как-то им помешать, прикрыл глаза, которые жгло с такой силой, будто в них насыпали молотого перца.
Им повезло дважды.
В первый раз, когда они, свернув с трассы, проехали всего несколько километров, а потом «тахо», забуксовав, застрял на нечищеной дороге. Жека вызвался сходить в ближайший населенный пункт за ездовыми собаками, ездовыми котами и ездовыми почтальонами.
– Потому что одни ездовые финки нас не вытащат…
Но как раз в этот момент со стороны «Скандинавии» в тусклый снежный пейзаж вплыло оранжевое пятно, будто откуда-то выкатился гигантский апельсин. Пятно приблизилось, и стало ясно, что это не апельсин, а снегоуборочный автомобиль. Выкрашенный в оранжевый цвет новенький «Урал», выставив перед собой могучий снегоуборочный отвал с двумя шнеками, шел по центру дороги, сгребая снег на обочину. Не доехав до «тахо» с десяток метров, «Урал» остановился. Из кабины, не глуша двигатель, с лихим хеканьем выпрыгнул худощавый дедок и направился к увязшему внедорожнику. На дедке поверх теплой куртки был надет жилет со светоотражающими элементами. Закурив на ветру от первой же спички, дедок с минуту разглядывал своими выцветшими глазами вышедших ему навстречу водителя и пассажиров «шевроле», а уже потом и сообщил, как им повезло.