Да, многие из Колодцев ещё не созрели, в том смысле, что не вошли в полную силу, но мне этого пока не нужно. Мне бы свои, насущные задачи решить, и тут, без магии никак.
Заодно проверю одну сомнительную теорию.
Встретилась мне в трудах прадеда запись на полях, где он цитировал какого-то французского Формирователя перлов. Шаромыжник утверждал, что частое использование колодцев зачастую может пойти им только на пользу. Старый Ганнибал, естественно такое утверждение ни подтвердить, ни опровергнуть не смог, так отчего бы мне эту теорию не апробировать. Вдруг сработает! Тогда у меня по целому ряду проектов будут руки развязаны. Знай собирай себе аурум по мере надобности, да копи в сундучках. И всё — не дожидаясь полного созревания колодца.
— Посмотрели мы на ваши чудо — машинки! Хороши, нечего и сказать! — с восторженным придыханием встретила меня Прасковья Александровна.
Вот как они это делают! Вроде помещица почти вдвое меня старше, и у нас с ней уже было, и собой она не слишком хороша, а вот ведь прёт из неё что-то этакое, женское, заставляя обратить на себя внимание!
— Значит, не напрасно я вас в гости зазывал. Пойдёмте отобедаем, чем Бог послал.
Бог не Бог, а обед сегодня кухарке удался. Отвалились от яств мы не скоро, и перешли к разговорам под чай с десертами и домашнюю наливку на вишне.
— Допустим, удивили вы нас. Но я помню, что вы, этакий проказник, на что-то другое намекали? — шутливо погрозила мне Осипова пальцем.
— Так всё же понятно! — состроил я удивлённое лицо, — Вам пора открывать у себя швейную мануфактуру.
— Э-э… — начала было Прасковья, но передумала, и сначала залпом добила полбокала наливки, — Вот только честно мне скажите — в чём подвох?
— Прасковья Александровна, я вас искренне не понимаю, — попечалился я в ответ, — Я вам наивыгоднейшее дело предлагаю, а вы вдруг какой-то злой умысел заподозрили.
— Так отчего вы сами за него не возьмётесь? — пытливо, глаза в глаза, уставилась на меня помещица, которая уже с десяток лет сама тащит лямку руководства своим поместьем, и к слову сказать, справляется с этим куда как лучше, чем те же отец Пушкина с его братом.
— У меня умелых руководителей не хватает, — признал я проблему кадрового голода, и особенно — катастрофическую нехватку талантливых управленцев, — Что-то я и у себя поставлю, не без того, но вот за крупный заказ пока взяться не готов. Оттого и обидно, что я деньги вижу, а они в чужой карман уплывают. А вы, с Аннушкой, для меня, как родные. Так отчего бы не вы?
Услышав, как я её назвал, Анна вскинулась, и лишь потом смущённо отвернулась, отчаянно покраснев.
— Это вы сейчас про что говорите?
— А, так вы наш разговор с Адеркасом не слышали? Реальное училище в Пскове собираются открывать по осени. Не слишком большое — на сто двадцать человек. Отсюда и вопрос — где для обучающихся форму раздобыть? Я пообещал подумать и ответ вскоре дать, но без вас за такой заказ даже не возьмусь. У меня скоро покосы начнутся, и новая метода подготовки льна наметилась, так что мне никак не разорваться.
— Так нет же у меня лишних денег, — прищурилась дважды вдова, не так давно похоронившая второго мужа.
— Как я вас понимаю, — отозвался я чуть насмешливо, что она поняла, — Так я денег и не прошу. Машинки, нитки и ткани в рассрочку предоставлю, если за заказ возьмётесь. А как выполните, так и рассчитаемся, может и частично, ну и пусть. Это же не последний заказ будет.
— Но вам с того какая выгода? — зашла на второй круг Прасковья Александровна.
— Считайте, что я так хитро пытаюсь научиться продавать и ткани, и машинки.
На самом деле, в этом моём легкомысленном ответе есть доля истины.
Отчего бы не попробовать вырастить потребителя тканей прямо под боком?
Да, небольшого. Зато гарантированного и полностью от меня зависимого.
Мне скоро свои льняные ткани предстоит выводить на московский рынок, а там и без меня конкуренция жесточайшая. Так что стоит обзавестись парой «запасных аэродромов», на тот случай, когда меня московские купцы «на крепость» решат попробовать, нагло сбивая цены и ожидая, когда же я дам слабину, чтобы закабалить долгосрочными контрактами.
Ну-ну. Там, где их учили в эти игры играть — я преподавал.
Так что пару неприятных сюрпризов я всяко приготовлю. К примеру, организую продажу своих тканей через Прибалтику, до которой от Велье рукой подать. И купцы — староверы мне в помощь.
Демпинг — очень интересная игра.
Особенно, когда в неё играют обе стороны.