– МистерКамерон, не могли бы вы отставить свои оскорбительные высказывания, пока не находитесь в компании, которая может их оценить?
– Хорошо, хорошо, какая муха тебя укусила?
– Меня никто не кусал, япросто... – Но она отвернулась, не докончив.
– Минуту назад ты не сводила своих миндальных глаз с туфель старины Мелчера, а теперь...
– У меня не миндальные глаза!
Мисс Абигейл повернулась, уперев руки в бока и сверкая глазами.
– Ха! – фыркнул Джесси, прислонившись к комоду позади себя и раздраженно постукивая по нему. – Всякой... всякой мишурой он зажигает в тебе огонь, словно ты – шар болотного газа!
Он пренебрежительно махнул в направлении столовой.
Брови мисс Абигейл взлетели вверх.
– Вчера вы говорили мне, чтобы я отбросила осторожность и окунулась в чувства. Сегодня вы унижаете меня за простое выражение признательности.
Они смотрели друг на друга несколько секунд, но потом Джесси сказал нечто невообразимое:
– Но они красные!
– Они что? – спросила сбитая с толку мисс Абигейл.
– Я говорю, они красные! – кричал Джесси. – Эти чертовы туфли красные!
– Ну и что?
– Ну... ну они красные, и все. – Чувствуя себя весьма глупо, Джесси стал шагать из угла в угол. – Какого склада женщины, черт побери, носят красные туфли? – вопрошал он, забыв, как только что восторгался полотенцем, превращавшим мисс Абигейл как раз в женщину такого склада.
– Я говорила, что собираюсь их носить?
– Her. Но выражение лица говорит само за себя.
Она указала на заднюю дверь.
– В то время как я пытаюсь поддерживать здесь хоть какой-то порядок, вы выходите из дома, голый как дикарь, и еще имеете наглость распекать меня за то, что мне нравятся красные туфли!
– Давайте выясним этот вопрос до конца прямо сейчас, миссАбигейл. Вы сходите с ума не из-за того, что я вышел на улицу без рубашки и ботинок. Вы сходите с ума из-за того, что я застал вас, глядящей во все ваши миндальные глаза на эти невыносимые туфли!
– А вы сходите с ума не из-за того, что они красные, а потому что они от Дэвида Мелчера!
– Дэвид Мелчер! – завопил Джесси почти в ухо мисс Абигейл, передразнивая ее. – Не смеши меня! – Он последовал за ней в кладовую. – Если ты думаешь, что я ревную к этому слюнтяю в коротких штанишках... – В этот момент мисс Абигейл круто развернулась и наступила на палец Джесси. – О! – вскрикнул он, а она даже не остановилась и не извинилась.
– На ваши пальцы не будут наступать, если вы оденетесь достойным образом, – сказала мисс Абигейл, со стуком ставя тарелки на стол.
– К черту эти сказки! Ты наступила нарочно!
– Может быть! – В ее голосе прозвучало удовлетворение.
Джесси потер палец об икру.
– Ни за что. На этот раз я ни черта не сделал!
Мисс Абигейл обернулась к нему и с возмущением указала на задний двор.
– Ни за что, вы говорите? Да как вы посмели, сэр, гулять по моему дому, одетые так, и глазеть на мое нижнее белье на виду у всего города!
Брови Джесси взметнулись вверх, а на лице медленно расползлась улыбка, вздернув вначале один ус, потом засветившаяся озорным огоньком в глазах, и наконец перешедшая в смех. Он смеялся во все горло, все громче и громче, пока в конце концов не рухнул на стул.
– О, вы... вы... просто... просто заткнитесь! – выпалила мисс Абигейл. – Вы хотите, чтобы вас услышал весь город?
Она уселась на стул напротив Джесси и с грубейшим нарушением этикета сначала положила еду себе, стуча ложкой по тарелке, а Джесси продолжал хохотать. Она пододвинула миску с картошкой к нему и проворчала:
– Ешьте!
Он накладывал еду в свою тарелку, и все не мог оставить свои смешки, а мисс Абигейл исходила от желания ударить его под столом по больной ноге. Он положил на уголок стола локоть, наклонился вперед и громко прошептал:
– Может, мне лучше шептать? В таком случае меня не услышат даже соседи.
Даже низко наклонившись над тарелкой, мисс Абигейл видела эти невыносимые усы возле свое щеки.
– Эй, Эбби, знаешь, что я искал на улице? Корсеты. Я только хотел выяснить, долго мне придется добираться до твоего тела.
Она бросила нож с вилкой и вскочила со стула, словно ее подбросила некая сила, но Джесси успел схватить ее за юбку.
– Отпустите!
Она дергала за юбку, но безуспешно, Джесси притянул ее к себе, между расставленных ног.
– Сколько здесь слоев, Эбби?
Он хотел обнять ее за талию и усадить на колени. Она дергалась и вырывалась, беспомощно махала руками. Джесси обвил ее руками как канатом и хохотал во все горло.
– Отпусти! – огрызнулась мисс Абигейл, но Джесси "мягко и настойчиво усадил ее к себе на колени. Она отчаянно отбивалась, потом повернулась и уперлась одной рукой в его плечо, а другой все еще старалась вырвать юбку.
Держа Эбби мертвой хваткой и зло улыбаясь, Джесси, тяжело дыша, проговорил ей на ухо:
– Ты носишь нижние юбки, Эбби? Давай посмотрим.
Все смешалось – руки, локти, колени и нижние юбки. Джесси напирал, мисс Абигейл сопротивлялась. Он держал, она брыкалась. Он отклонился назад, спасаясь от оплеухи, и мисс Абигейл тут же потеряла опору.
– Вы маньяк! – шипела она, отнимая его пальцы от своего запястья.
– Эбби, хватит дразниться. – Он схватил ее запястья, еще крепче, чем раньше.
– Ой! Отпустите меня! – пронзительно закричала она.
Джесси все же удалось развернуть ее лицом к себе. Ее бедро оказалось у его живота, она почти лежала на груди Джесси. Она еще раз попыталась вывернуться, но руки Джесси железной хваткой охватили ее бедра.
– Не дай Бог повздорить с такой колибри, – выдохнул он.
Словно в подтверждение этого, мисс Абигейл чуть не вырвалась, но Джесси вовремя ухватил ее за талию и опять посадил на колени.
– Ух, – сморщился он, когда она ударила его по больной ноге, но руку с талии не убрал.
– О Боже! – Она перевела дыхание. – Я надеюсь, что сделала вам больно! Уберите руки! Оставьте мои пуговицы в покое!
Джесси одной рукой крепко держал мисс Абигейл за талию, а второй дотянулся до пуговиц у ее горла. Ему удалось расстегнуть одну, несмотря на то, что мисс Абигейл пыталась оторвать от себя его руку и совладать с другой, которая уже поднималась с талии к груди.
– Перестань, Эбби, я не сделаю тебе больно.
Ее сопротивление, казалось, забавляло его все больше.
– А я сделаю, как только сумею! – поклялась мисс Абигейл – комар угрожал носорогу. – Предупреждаю! – Она уже задыхалась, но все еще отчаянно боролась, хотя Джесси не давал ей пошевелиться.
– Ради Бога, как я люблю тебя в этой старой, полинявшей юбке, – тоже задыхаясь, проговорил Джесси и расстегнул вторую пуговицу, в то время как мисс Абигейл пыталась схватить сразу две руки Джесси и освободиться.
– Ты мерзкая вошь... Я надеюсь, они... повесят тебя! – хрипела мисс Абигейл.
– Если меня повесят... – отвечал Джесси, – по крайней мере дай мне... один последний... момент для сладких воспоминаний... которые останутся со мной.
Теперь он завладел одной грудью мисс Абигейл и пригнулся, уворачиваясь от ее острых локтей.
– Забияка Эбби, повернись ко мне тем местом, за которое я тебя поймал.
Его черные усы потянулись к ее губам, но она вцепилась ему в волосы и со всей силой дернула.
– У-у! – завопил Джесси и вдруг неожиданно отпустил ее.
Она съехала вниз, упала на колени и локтем ударила точно по тому месту, куда попала пуля. Джесси открыл рот, откинулся назад и непроизвольно дернул руками, словно мисс Абигейл распяла его на стуле. Он гортанно застонал, и она поняла, что битва окончилась.
Мисс Абигейл с трудом встала и застегнула пуговицы на блузке. Его глаза оставались закрытыми, веки подрагивали, губы приоткрылись. Он провел кончиком языка по ровной границе верхних зубов, длинно, глубоко вздохнул и посмотрел на потолок. Его голова все еще была откинута назад. Он дотронулся до виска и осторожно потер его. Мисс Абигейл, дрожащая и настороженная, наблюдала за ним. Он, кряхтя, подтянулся и сел нормально, облокотясь на стол и тупо уставившись в тарелку между своих локтей. В комнате повисла тишина. Мисс Абигейл села на свой стул, опустила руки на колени, но тут же взяла нож, который был воткнут в картофельное пюре. Она очистила его о край своей тарелки и очень осторожно положила на стол. Никто из них не мог говорить. Мисс Абигейл откусила кусочек, но он, казалось, прилип к горлу. Джесси поднял голову и устремил взгляд поверх мисс Абигейл в глубину дома. Делать вид, что они заняты едой, не было смысла, поэтому мисс Абигейл тщательно вытерла рот, сложила салфетку и положила ее аккуратно, словно ожидая отпущения грехов.