— А я могу еще прийти.
Дмитрий Федорович вышел в другую комнату и через несколько минут принес небольшой сверток. Приложив палец к тонким губам, сказал:
— Вскрыть дома! Это тебе за работу и в счет будущего!
Как Колька не отказывался, пришлось покориться и взять.
На улице он не вытерпел и вскрыл пакет.
В нем оказались леденцы, записка и деньги. Денег было много. В записке прочел: «На «снегурочки».
Колька разволновался: неужели Дмитрий Федорович дал ему столько денег только за то, что он перетаскал дрова из подвала?
Он даже остановился посреди улицы и озадаченно потер лоб: «Возвратить?»
Но тут же перед глазами возникла соблазнительная картина: новенькие блестящие коньки с красивыми загнутыми носами. Здорово!..
Судьба денег сразу была решена. «Конфеты поделю с Наташей, а деньги припрячу, куплю коньки. То-то Наташка ахнет… Да и все…»
Положив в рот несколько леденцов, Колька побежал домой.
Наташа с Марией Ивановной пришли к самому ужину, потом Наташа накричала на Кольку, что он плохо подметает пол. И вот теперь Мария Ивановна завела разговор о свертке.
— Дождемся Наташи. Пускай она угадает, что здесь, — предложил Колька.
Стоило Наташе увидеть перевязанный зелеными шелковыми нитками пакетик, как она загорелась любопытством.
Колька делал вид, что ему неизвестно содержимое свертка.
— Скорей, — торопила девочка, а руки ее при этом так и рвались к свертку. — Ну, что ты тянешь! Ох, уж эти мальчишки, ничего не могут сделать, чтобы не испортить. Нитку, нитку береги. Мама, смотри, какая красивая нитка!
Мария Ивановна молча наблюдала за ними.
Колька отвел в сторону Наташины руки и развернул сверток.
— Конфеты! Леденцы! И так много! — обрадовалась Наташа.
Колька протянул ей пакетик.
— Раздели пополам и мне на пять штук меньше. Я уже ел.
Наташа подозрительно посмотрела на него.
— А почему пять, а может быть больше?
Мария Ивановна с укором заметила:
— Нехорошо Наташа: Коля делится с тобой, а ты…
Наташа смеялась.
— И пошутить нельзя! Я ведь знаю: Коля не обманет!
Колька обиженно молчал. А потом он подумал, если она не ценит его хорошее отношение, стоит ли ему огорчаться.
Левой рукой он сжимал в кармане деньги, готовясь вытащить их, чтобы совсем поразить Наташу.
— А что ты там в кармане прячешь? Мама, что он прячет?
— Не знаю! — пожала плечами Мария Ивановна, разыскивая в коробке иголку.
— Вот! — Колька торжествующе показал деньги. — На коньки.
— На коньки! — вскрикнула Наташа. — Ой-ой!
— Откуда у тебя деньги? — строго спросила Мария Ивановна. — Доктор дал? Это почему он такой добрый?
— Да я ведь был у него много раз! Топор брал у них, а сейчас книги дает читать. Дрова ему перетаскал…
— Ты его совсем мало знаешь. Шапочное знакомство. А деньги взял! Ну, конфеты куда ни шло, а деньги зачем? Посуди сам: мы не нищие, чтоб попрошайничать. Рабочий человек за работу получает. Он гордится этим… А ты… Помог несколько полешек занести — и за это деньги, да еще какие. Не заработал ты их.
Колька, насупившись, молчал. Не так-то легко было расстаться со своей мечтой. Он не понимал, почему Мария Ивановна глубоко переживает историю с деньгами. Он же их не украл?
— Я не знал… Только на улице и увидел. А потом он же сам, тетя Маша, написал: «На снегурочки». Я не просил. Я ему отработаю, возьму и отработаю.
Мария Ивановна с сожалением смотрела на него. Потом тихо и твердо сказала:
— Я не знала твою мать, но она тоже не похвалила бы тебя. Лучше отнеси эти деньги.
Вмешалась Наташа.
— Ой, мама, когда-то у нас будут деньги на коньки. Ну, мама, ну, зачем ты… Коля купит, и мы вдвоем будем кататься. Да? На настоящих коньках. — Но тут же, увидев недовольное лицо Марии Ивановны, осеклась:
— Ну, раз мама не велит…
Напомнив Кольке о матери, Мария Ивановна не ошиблась. Правильно говорила тетя Маша: его мама никогда не позволила бы взять чужую копейку.
…Наташа вслух считала конфеты. Мария Ивановна ушла к соседке.
— Получай свою порцию, — сказала девочка, пытаясь придать своему голосу бодрость, — десять красненьких, двенадцать зелененьких, четырнадцать беленьких.
Но после неприятного разговора Колька расстроился.
— Чего ты жужжишь и жужжишь, — вспылил он. — Привязалась: красненькие, зелененькие… Сама ешь, не надо мне совсем. Подумаешь. А деньги я отнесу. Только как туда пробраться? Волкодав теперь не привязан.
Глава 26. Утренний поход Кольки