Глава 28. Куда исчез Колька?
Наташа отлично выспалась. Она с удовольствием потянулась. Было так приятно лежать в согретой постели. На плече у нее играл луч солнца. Девочка зажмурилась и, прежде чем подняться, начала про себя считать до десяти, затем повернулась в сторону сундука, на котором спал Колька.
— А где Колька? — спросила Наташа, и тут же сама себе ответила: — Пошел печку чистить, а меня не разбудил. Он всегда хочет быть первым… Ох, и дождется от меня!
— Чего ты расшумелась? — спросила Мария Ивановна. Она гладила платье, то и дело прикладывая к утюгу послюнявленный палец. Утюг недовольно шипел и злился.
— Ты всегда за Кольку, — одевая кофточку, зачастила Наташа. — Нет, чтоб за меня. Вчера с уборкой… Постой, постой, — она перестала одеваться. — А где же?.. — Наташа спрыгнула с кровати и босая подбежала к комоду. — Какой же он, а? Вчера лежали с края, я хорошо помню… Спрятал от меня свою долю. Бессовестный!
Говоря так, она по очереди выдвинула все ящики, потом заглянула за комод, но конфет нигде не было.
— Побоялся, что я съем. Не знала, что он такой!
— Да успокойся, ты, неугомонная, чего ему тебя бояться. Подумаешь, сила какая. Он, должно, пошел с утра отнести деньги. Вот и весь сказ.
— И ты его одного отпустила в красный дом? Одного?
— Не впервой ему туда заглядывать…
Наташа торопливо схватила с вешалки пальто.
— Куда ты?
— Я за ним, — на ходу просовывая руку в рукав, быстро ответила Наташа. — Разве можно было его одного отпускать? Там эту злющую собаку спустили с цепи. Она же его искусает.
Прежде чем Мария Ивановна успела вымолвить слово, Наташа хлопнула дверью.
— Погоди ты! Наташа! — кричала Мария Ивановна.
Но Наташи и след простыл.
Она стрелой летела к красному кирпичному дому. Девочка не замечала встречных, не чувствовала, что от холода стынут коленки, а полы пальто, застегнутого только на верхнюю пуговицу, развеваются, как паруса. Чем быстрее она бежала, тем больше ей казалось, что она опоздала, что с Колей уже случилось несчастье.
Ей представлялось: вот Коля открывает калитку (она даже слышала неприятный скрип ее), безухий пес без единого звука бросается на него, валит на снег…
«Скорее!..» — торопила она себя. Дорога казалась бесконечной.
Вот и красный кирпичный дом.
Сдерживая учащенное дыхание, девочка остановилась. Опасливо оглядываясь, подошла к забору. За ним не чувствовалось признаков жизни. Наташа осторожно открыла калитку и заглянула во двор.
Собаки не было.
Глава 29. Неплохие ребята
В дальнем заброшенном дворе, у высокой полуразрушенной каменной стены с огромной надписью «Чай Высоцкого», Каланча остановился. Видя, что Колька подходит к нему, он пренебрежительно сплюнул сквозь зубы, сбил на затылок рваный картуз, засунул в рот два грязных пальца и пронзительно свистнул.
На сигнал явилась пестрая ватага: одни — из-за мусорного ящика, другие — из дверей заброшенных сараев, третьи — как будто из-под земли.
Беспризорники во весь рот ухмылялись: здорово у них получилось, попались птички в ловушку.
Генка растерянно осмотрелся и, поеживаясь от страха, поближе подвинулся к Кольке. Бежать было некуда: их окружили. Колька чувствовал себя относительно спокойно и сразу приступил к делу.
Он смело подошел к главарю:
— Здорово, Каланча, как живешь-можешь?
— Здорово! — хриплым голосом, нехотя протянул тот и подмигнул своей команде: «Началась, мол, потеха». — Живу, хлеб жую, небо копчу, а ты зачем притопал?
Каланча хихикнул, потом засмеялся. Смеялся негромко и глухо покашливал при этом. Он, не торопясь, поднял кусок штукатурки и стал играть им, подбрасывая на ладони.
— А что, — помолчав, с расстановкой спросил он, — отобрать деньги захотел? — и вытащил из кармана скомканные бумажки: — Видал-миндал? Получишь их, — подмигнул он своей компании, — после дождичка в четверг. Нет, нет, извините, в субботу… Хо-хо! В субботу! — И высоко подкинул ударом ноги кусок штукатурки.
Его поведение вызвало веселое оживление в компании беспризорников.
А Каланча продолжал:
— Как бы ты тоже, храбрый заяц, не полетел до «Чая Высоцкого». Так-то!
Беспризорники, восхищенные его речью, расхохотались.
Только теперь Колька понял, насколько трудно будет «выручать» Генкины деньги.
Генка молчал, как пришибленный. Положение казалось ему совершенно безнадежным и, на его взгляд, лучше всего было поскорее уйти отсюда. Но в это время произошло нечто неожиданное и даже необыкновенное.