Сыну владельца экипажей попало основательно. Пришло время вмешаться. Колька разнял сражающихся, в суматохе получив несколько случайных подзатыльников.
— Проваливай, — выпрямившись, внушительно промолвил Каланча, рассматривая Владьку исподлобья. — В следующий раз я те не так намну ребра…
Владька отбежал на безопасное расстояние и пригрозил кулаком:
— Погодите, босячье, отец придет — он вам хребты наломает. Строители-грабители!
— Ах ты! — крикнул Каланча, готовый броситься за ним, но Колька удержал его:
— Подожди, не видал ли он, кто взял кирпичи?
Колька, зная Владьку, понимал: не так легко будет выведать у него правду. Но Владька был жаден…
Колькина рука в кармане сжала компас — подарок Андрея Ивановича, который тот ему сделал, уезжая вместе с войсками на Северный Кавказ. Компас — единственное богатство Кольки, предмет его гордости и острой зависти знакомых мальчишек. Жалко расставаться с ним. Лучше предложить пуговицы с орлами и молотками, блестящие и огненные, как солнце.
Переговоры начались издалека, с подходом.
— Владь, а Владь, — примиряющее сказал Колька, — хочешь, я тебе что-нибудь подарю…
— А-а-а! Испугались отца, струсили, вот погодите…
— Да нет же, — объяснил Колька и, вытащив пуговицы, осторожно подбросил их в ладони, — смотри, какие. Бери! Пятнадцать штук.
Владька задумался. Он был убежден, что ребята испугались его угроз. Следовало это использовать, побольше содрать с них. Он заносчиво сказал:
— Пятнадцать? Мало. Давай еще столько же.
— Так за что же тебе тридцать? Ты что? — спросил Колька, удивляясь наглости Владьки.
— Как будто не знаешь… Чтобы отцу не рассказывал, чтобы он вас не вздул.
— Ну и жмот! — не выдержал Каланча.
Переговоры едва не сорвались: пуговиц больше ни у кого не оказалось.
Колька изменил тактику.
— Будь по твоему, ты не горячись, дадим тебе тридцать пуговиц, подумаешь, только скажи, куда пропали кирпичи.
— А тебе какое дело?
— Да ведь мы в новой школе печь ремонтируем, а там, понимаешь, не хватает немного…
От сердца у Владьки отлегло. А он-то испугался: подумал, ребята догадались, что они с отцом перетащили кирпичи к себе во двор.
— Не знаю, кто взял, мало ли тут шатаются вроде вас.
Между тем, компания уже подошла к дому Владьки. Во дворе пережевывала жвачку корова, ржал жеребенок. Пахло навозом и пригоревшим молоком.
Владька важно уселся на лавочке под окнами, остальные — на толстое бревно.
Молчание нарушил Колька.
— Знаешь, Владька, если скажешь, где кирпичи, я тебе не то еще дам. Сам увидишь.
— Нашел дурака! Ничего я тебе не скажу. Проваливай отсюда.
— Компас отдам, — и Колька вытащил красивый прибор. — Ну, говори!
Ребята переполошились.
— Ты что, подарок дяди Андрея! — возмутилась Наташа.
— Музыканты, — вскочил с бревна Генка, — музыканты, он свихнулся!
— Где ж это видано? Такую знаменитую вещь, и кому — этому жмоту? — сказал Каланча.
Владьку затрясло от жадности.
— Давай сюда, получишь немного кирпичей, — торопливо сказал он.
…Владька нырнул во двор. В щель забора он стал передавать ребятам кирпичи.
Через некоторое время, достав тележку, они погрузили добычу и повезли ее в школу.
Закончилась ли на этом история с компасом?
Глава 10. Каланча возвращается за компасом
Каланча сразу решил, что обмен несправедлив и компас должен быть возвращен хозяину. Он вез вместе со всеми тележку и думал, под каким предлогом, не вызывая подозрения у Кольки, отлучиться на некоторое время.
И вдруг он схватился за живот, согнулся и застонал:
— Ой-ой, режет!
— Что с тобой, Вася? — заволновались все. — Что ты?
Каланча увидел встревоженные лица Кольки, Наташи и остался доволен. Только в глазах Генки мелькнуло недоверие.
Каланча, боясь разоблачения, крикнул:
— Ой, не могу больше! Я сейчас! — и, держась за живот, ссутулившись, поспешно заковылял к ближайшему дому.
Закрыв за собой калитку, он выпрямился и усмехнулся.
— Ну да! У меня живот, кроме гвоздей и стекла, ничего не боится.
Осмотревшись, он наметил самый короткий путь до дома Владьки. Перепрыгнул через низкую изгородь, обжог при этом босые ноги о крапиву, поморщился, выругался и через несколько минут огородами добрался до намеченной цели, жуя вырванную на ходу морковку.