Каланча с презрением хмыкнул.
— Тоже ляпнет! Ты бы еще из штанов надумал… Первый шторм в лоскутки изорвет.
Уставшие ребята присели на песок. Полуденное солнце жгло. Каланча предложил:
— Давайте купаться.
Сверкая на солнце загоревшими телами, поднимая тысячи брызг, визжа и хохоча, ребята попрыгали в воду.
Вынырнув, Наташа отбросила назад косички и осмотрелась, разыскивая Кольку.
Но его нигде не было.
— Коля! — позвала она. — Мальчишки, где Коля?
— Он нырнул, — сказал Генка, — я сам видел.
Все забеспокоились.
— Коль-ка! — во всю силу закричал Каланча.
— А-а-а, — разнеслось по реке. — У-у-у, — донесся издали, словно в ответ, гудок парохода.
Неожиданно Генка увидел Колю шагах в тридцати по течению.
— Вон он, — крикнул Генка, глотнув при этом воды.
Колька вертел блестящей на солнце головой, моргал и отплевывался.
— Э-эй, — закричал он, — ко мне!
— Сейчас! — крикнула ему Наташа.
Все поплыли к Кольке.
— Ого-го-го, — задорно разносилось по реке.
— Держись!
В это время из-за штабеля бревен вышел Владька. Оставаясь незамеченным, он все время подсматривал за ребятами. Сжав кулаки, он пробормотал:
— Ехать собрались, строители-грабители. Ладно. Я вам такое сделаю, такое. За папаню, за конюшню, за все…
Владька воровато осмотрелся и убежал.
Глава 33. Как тонул «Морской ястреб»
Ремонт «Морского ястреба» близился к концу. Глеб Дмитриевич с двумя матросами помогали ребятам. Бот стоял на берегу, на подпорках, или, как говорил Костюченко, — в «сухом доке».
Борта лодки были обшиты новыми досками, законопачены и осмолены. Новая мачта красовалась в гнезде. Достал Глеб и парус. Бот выкрасили в зеленый цвет, а на носовой части Колька написал белой краской: «Морской ястреб». Рядом нарисовал птицу, но напоминала она не то воробья, не то курицу.
Спуск «корабля» на воду и отплытие назначили на пять часов утра двадцать восьмого августа.
Когда ребята закончили всю работу и, еще раз полюбовавшись своим судном, усталые, но довольные отправились домой, на пустынном берегу с буравом в руках появился Владька. Просверлив в корме лодки несколько отверстий, он забил их палочками.
— Ты чего тут делаешь? — спросил подошедший старик-сторож. Владька с испугу уронил бурав на дно лодки. Глаза у него бегали, губы побелели.
— Я, дедушка… я… я… посмотреть… — Владька нагнулся, намереваясь поднять инструмент.
— Чего шаришь, такой-сякой, — громко окликнул старик, дроби захотел?
Владька выскочил на берег и помчался, не чуя под собой ног.
«Сумасшедший старик, — думал он, — сдуру пристрелить может».
…Восходящее солнце окрасило в пунцовые тона мелкую волну, баржи, пароходы и шхуны.
Вся команда «корабля» во главе с матросом, который по просьбе Марии Ивановны решил поехать с ребятами, явилась точно в назначенное время. Возвращенный к жизни «Морской ястреб» был спущен на воду и покачивался на легкой волне.
Капитаном бота единогласно избрали Глеба Дмитриевича, его помощником — Кольку. Каланчу — рулевым, Генку — старшим матросом, Наташа — коком.
По поводу ее назначения поваром пришлось выдержать довольно сильную бурю.
— Не желаю, — бушевала Наташа, — почему меня поваром? Не поеду.
Глеб прекратил спор:
— По очереди будем готовить, — сказал он.
Лодку оттолкнули от берега, сели на весла, выгребли на середину реки.
Волга величаво катила свои волны, ласково покачивая лодку. Небо было чистое, без облачка. Все предвещало удачное плавание.
— Поднять паруса, — приказал Глеб.
Все, кроме Каланчи, сидевшего за рулем, бросились исполнять команду. После короткой суеты парус медленно пополз вверх и сразу надулся.
Каланча вынул из кармана компас.
— Чей это? — спросил Глеб.
— Колькин!
— Пригодится, — сказал Глеб, — лево руля!
— Есть, лево руля!
— Прямо держать!
— Есть прямо держать!
«Морской ястреб», подхваченный попутным ветром, стал набирать скорость, оставляя позади ровный след.
Через два часа Каланчу у руля сменил Колька.
Вода тихонько журчала у бортов. «Морской ястреб» шел хорошо, не капризничал.
В полдень высадились на один из островков, развели костер и с огромным аппетитом съели слегка пахнущий дымом пшенный суп.
Отдохнув немного, отправились дальше, чтобы засветло прийти в Синий Яр.
Верст за десять до Яра вдруг началась течь. Воду вычерпывали консервными банками и ведерком, в котором готовили обед. Но вода прибывала. Глеб велел править к берегу.