Прелесть утра для них была утрачена. Они не замечали крикливых и веселых торговок пирогами с требухой, персов и армян у своих шерстяных товаров, киргизов с неразлучными верблюдами, на которых они приезжали из далеких бескрайних степей.
Встреча с мастером взволновала Кольку. Наташа захотела его отвлечь и предложила:
— Пойдем на представление.
В кругу смеющихся зрителей гибкий, как змея, цыган боролся с большим бурым медведем.
Возбужденные, разгоряченные люди размахивали руками, кричали:
— Потапыч! Вали его!
— Наддай ему! Наддай!
И тут Колька вдруг увидел Каланчу. Забравшись на воз с сеном, он подпрыгивал и что-то кричал.
Колька и Наташа с трудом выбрались из толпы и позвали Васю.
— Сейчас, — отмахнулся он и слез только тогда, когда медведь под ликующие крики был объявлен победителем.
— Мишку-то накачали самогонкой, — захлебывался от восторга Каланча, — вот будет потеха, коли Потапыч начнет буянить!
— Ладно об этом, ты о деле, — прервал его Колька и вытащил записку.
Глава 13. Что случилось дальше
— Ты зачем звал?
Вася покосился на Наташу.
— Говори при ней. Кто такой «Р.К.»?
— Ладно, потопали, — решительно заявил Каланча и повел друзей к угольной куче. Здесь им никто не мешал.
— «Р.К.» — это Рыжий козел. Он обещал… — Вася огляделся, понизил голос, — он обещал одному типу, а я это пронюхал, кое-что вывезти с завода.
Колька и Наташа широко раскрыли глаза.
— Слухай дальше. А переправить уворованное должны у музея или у трактира в порту в закрытой корзине, через женщину. Я точно все запомнил. Соображаешь?
— Что мог Грачев вынести с завода? И кто эта женщина? — недоумевал Колька.
…Как действовать дальше, обсуждали недолго. Установили наблюдение за трактиром. Следили, прячась за железнодорожным вагоном.
Земля дышала жаром. Горячее солнце раскалило металл. Дышать было нечем.
О чем только ни переговорили за полтора часа, пока, наконец, нетвердо держась на ногах, из трактира вышел мастер под руку с бритоголовым невзрачным мужчиной. Это был тот самый человек, которого Каланча прозвал «типом». Никакой корзины у них не было. Не видно было и женщины.
Колька подозрительно посмотрел на Каланчу.
— Разыграл?
Каланча вскинул чуб, выставил вперед левое плечо, словно собирался драться…
— За кого ты меня принимаешь?
— Мальчики, — окликнула их Наташа. — Мальчики, смотрите.
Из трактира, переваливаясь на коротких ногах, показалась полная женщина с закрытой корзиной в правой руке.
— Тс-с-с, — прошипел, вытягивая трубочкой губы, Вася и, стараясь остаться незамеченным, устремился за женщиной. За ним осторожно последовали Колька и Наташа.
И вдруг вся толпа загудела. Мимо подростков, крича и толкаясь, бежали мужчины, женщины и дети.
— Батюшки-светы, — причитала какая-то старуха, беспомощно мечась по улице. — Батюшки-светы…
— Что случилось, бабка? — подскочил к ней Каланча. — Пожар, что ли?
— Медведь сорвался с цепи, родные! Озверел от самогонки. Ужасти!
Каланча, Наташа и Колька, забыв о мастере и женщине, помчались вместе с другими.
Глава 14. Не пищать!
На следующий день друзья приехали на работу задолго до начала смены. Договорились между собой: как бы Рыжий козел ни придирался, сдерживаться, не показывать вида, что это их волнует.
Больше всего Колька беспокоился за Васю: не сорвался бы!
— Не связывайся с ним, потерпи!
— Он меня честить будет, а я молчи!
— Выгонят нас — легче будет? А перетерпим — переберемся на стапеля или в другой цех.
Кольку поддерживали Генка и Наташа. Каланча, ворча и огрызаясь, смирился.
…Как всегда, в тонких лучах солнца играла пыль. В дальнем углу цеха что-то погрохатывало. Подростки у конторки ожидали, пока мастер выдаст им «орудия производства».
Мимо прошла Ефросинья Ильинична.
— А-а, ребята! — лицо ее собралось в лучистые морщинки. — Спасибо вам, помогли. Слыхала, мести больше не станете, с повышением!
Слова старушки прозвучали полной неожиданностью. Но расспросить ее никто не успел. Подходил Грачев. Ефросинья Ильинична, оставив друзей в недоумении, торопливо удалилась.
Мастер поскреб небритый подбородок.
— Ну-с, работнички, на вагонетку! Стройматериал возить станете. — Он указал в конец цеха на гору старых бревен и досок. — И чтоб без пакостей! Пошли!
Но тут Грачева кто-то позвал. Он отошел.
— Интересно, что он передал вчера в корзине? — шепотом спросила Наташа.