Девушка принялась быстро разбирать винтовку и складывать в сумку.
Осадная башня достигла городской стены ровно в тот момент, когда Орма убрала сумку в теневой карман. Сейчас она была способна только на это. А тем временем по трапу на парапет хлынули вражеские солдаты. На них тут же обрушился град их стрел.
- Готовься! Целься! Залп! - слышались приказы одного из командиров. Но те, кто находился ближе других, уже вступили в ближний бой. В дело пошли и фламесы.
Орма подняла лук, который выдал ей какой-то солдат из армии Гласса. Сам король спустился вниз, строя солдат и отправляя на стену. Попутно даже убил несколько врагов и одного морсуса, спустившегося на парапет. Его красивый меч из серебристого металла ловил каждый лучик заходящего солнца, пробивавшегося через облака. Дождь все усиливался. Застилал глаза, ухудшая видимость.
Стена сотряслась от нового удара. Орма едва устояла на скользких камнях. Вторая осадная башня заскрипела, остановившись. Это был правый фланг. Их разрывали, разделяя внимание.
Вторая башня оказалась ближе. Первый солдат, спрыгнувший с трапа, умер от атаки Ормы. Вот чем ей так нравилось расположение оружия за спиной. Извлечение мечей из ножен автоматически становилось замахом для верхнего рубящего удара.
Каждый ее удар обрывал жизнь одного солдата. Союзники тоже торопились отбить атаку, но враги, достигшие стен, начали поднимать осадные лестницы. Лучники сбивали их, но некоторым удавалось подняться. Орма слышала, как внизу Гласс отдал приказ теснить вражеских солдат и убивать любого, кто спрыгнет с парапета. Сам он тоже включился в сражение.
Сейчас Орма превратилась в настоящее облако смерти, стала повелительницей теней. Еще до начала сражения ее противники были обречены на погибель.
Быстрые удары снизу вверх располосовывали живот, грудь и шею. Рубящие удары сносили голову и конечности. Девушка косила врагов, продвигаясь дальше. Дождь и кровь застилали глаза. Орма едва не пропустила очередной удар и даже поблагодарила себя за то, что слегка поскользнулась. Пихнув противника плечом, она отсекла голову его соседу, а потом оборвала и его жизнь. Повторяла движения и маневры, которые были частью ее жизни.
Одному солдату удалось прижать ее к стере парапета, но она вовремя сделала подсечку и сбросила его вниз. Рядом же находилась осадная лестница. Двумя клинками Орма отрубила голову первому, кто поднялся по ней. Тело упало вниз, а за ним последовала и лестница, которую откинула Орма.
Краем глаза она заметила, что Гласс самолично занял позицию на трапе осадной башни, прямо на пути вражеских орд. Крики солдат звучали над парапетами. В них звучала как боль, так и воодушевление своим королем. Серебристый меч пел в его руке. Он оценивал каждого солдата, его оружие, а затем действовал.
В сторону городских стен полетели стрелы. Орма чудом отбила одну, но вторая вонзилась прямо в левое плечо. Наконечник и древко были больше обычного, потому и пробили броню. Жгучая боль на несколько секунд затуманила разум. Возможно, Орма даже прослезилась, но кровь и дождь не дали этого понять.
Закусив губу, девушка обломала древко стрелы. Короткий крик утонул в окружающем ее хаосе. Пришлось продолжить бой, отражая удары врагов лишь одним мечом. Тот, что она держала в левой руке выпал при ударе. Наконечник застал в плече и доспехе. Во рту появился медный привкус крови. Ее собственной.
Стрелометы пытались теснить врага, но из-за бойни на парапетах это стало невозможным. Нижняя часть стен вздрогнула от первых ударов тарана. Хорошо, что Орма укрепила их. Это давало дополнительное время.
И вновь она увернулась от летящих стрел. Они не были похожи на ту, что попала в плечо Ормы, горевшее огнем. Но времени думать об этом у нее не было. И не только потому, что осада продолжалась.
На краю парапета появился Альбас, собственной персоной. От одного его вида солдаты армии Брама заорали от страха и попятились. Красные глаза рыскали по толпе. В руках блестел черный меч с зазубренным лезвием.
Волосы на затылке Ормы встали дыбом, когда его глаза остановились на ней. Моргнуло третье веко. Злобный оскал заставил Орму сделать шаг назад. Боль от раны накатывала волнами при каждом движении левой рукой.
Альбас спрыгнул на парапет. Будто черный вихрь, его меч обезглавил троих. Глаза не мигая следили за Ормой. На его шее красовалось пятно фиолетовой крови, которая все еще вытекала из раны.