Едва на горизонте показались развалины, Нокс оживился. Стал рассказывать о былом великолепии города, величии народа, что населял его и мудрости правителей, ведущих к всеобщему процветанию. Этот рассказ, поначалу увлёкший путников, всё сильнее дисгармонировал с окружающей действительностью. С каждым шагом, сделанным по занесённым песком улочкам, меж покосившихся от времени и ветров развалин домов, усиливалось ощущение опустошённости и обречённости. Не видно было следов осады или боёв.
Всё говорило о том, что жители сами оставили его, приговорив к забвению. В какой то момент, повествование прервалось на полуслове и дальше группа шла молча.
Выйдя на одну из центральных площадей, Нокс произнёс:
- Храм находится с восточной стороны города, почти в самом конце.
- Почему Рьярд до сих пор до него не добрался? - спросил Хоро. - Из-за короля Брама?
- Да. Можно и так сказать.
- А разве Грим не может открыть двери храма?
- Его элуи для этого недостаточно. А лично Рьярд сюда не явится – не пока сопротивляется Гиант.
- Поэтому ты и хотел, чтобы мы приняли участие в войне.
Нокс медленно кивнул.
- Безумно жарко... - тихо сказала Орма. Сегодня на небе с самого утра не было ни единого облачка. Горячий ветер пробирался под плащи, обжигая кожу.
- Это из-за меня, что поделать, - хмыкнул Риг, закинув руки за голову, подставляя лицо свету. Орма недовольно посмотрела на него в ответ. А ведь все утро он ходил с возмущённым лицом, рыча на каждого, кто решал с ним заговорить. Все выражал недовольство по поводу того, что вчера Орма около двадцати раз заставила его почувствовать лицом сухую землю.
- Пройдете внутрь. Вход в храм в самом центре.
Перед ними находилось едва ли не самое сохранившееся здание города. Большинство колонн сохранились, стены, хотя и были покрыты трещинами, стояли ровно. Едва ли его можно было назвать дворцом. Оно казалось в разы меньше.
- Ты с нами не идешь? - Риг повернулся в сторону Нокса.
Орма закатила глаза и скривилась.
- Кто бы сомневался...
- Я не вижу, что происходит внутри храма, а так же не могу туда войти. Дверь находится рядом с деревом.
- Деревом? - Если бы могли, глаза Ормы метали молнии. - В загадки решил сыграть?
- Вы поймете сразу, как увидите, - невозмутимо ответил Нокс.
Хоро спрыгнул на землю. Молча пошел вперед. Риг последовал за ним.
- Я в восторге, - рыкнула Орма, спустившись следом. Пошла за остальными.
Внутри их встретила блаженная прохлада. Высокие стены и сохранившийся потолок дарили тень, в которой они так нуждались. Орму даже передернуло. Она пожалела, что оставила плащ и сумку на лошади, как и остальные. Положила руку на пистолет, облегченно выдохнув. Наплечную кобуру она надела, как только они выехали. Нокс сказал, что до храма осталось немного, вот Орма и перестраховалась.
Внутри давно не было никаких вещей, только пыль и паутина.
А еще песок. Вездесущий песок, в который Орма постоянно проваливалась, скрипя зубами.
Потолок становился все выше и выше. В итоге они вышли в большое помещение. Высокие колонны несли на себе печать времени, но все еще удерживали своды. Свет пробивался внутрь через огромную дыру в потолке и падал на огромное дерево. Листва казалась неестественно зеленой, на фоне настоящих бархан песка, которые находились в зале. Само дерево было невысокое, но вот крона раскинулась во все стороны.
- Так вот о каком дереве он говорил, - всплеснула руками Орма.
- Вот только где дверь? - тихо сказал Хоро. Он успел подойти ближе всех к дереву. Риг, сунув руки в карманы, смотрел на листву, о чем-то задумавшись. Орма пошла за Хоро, обогнав его. Тоже оглядела зал со всех сторон.
Вдруг Риг громко расхохотался. Смех эхом отразился от стен. Орма дернулась и обернулась. Сейчас его смех звучал довольно жутко: заливистый, пронизывающий до костей и даже пугающий.
- А я ведь почти сразу понял, - довольно оскалился он, подойдя к дереву. - Его строили гномы. Или кто похожий. Оно не настоящее.
Хоро поднял голову, а затем и руку, попытавшись сорвать один листок. Пришлось приложить чуть больше усилий, чем он рассчитывал. Орма сделала то же самое, сразу ощутив металл, из которого были сделаны листья. Работа была настолько реалистичной, что найти отличия получилось лишь при детальном рассмотрении. Тонкий, словно фольга, листок был прочнее оружейной стали. Покрытый сверху чем-то вроде эмали, воссоздающей узор прожилок, он вовсе не был похож на произведение труда ремесленника. И не только каждый лист был произведением неизвестного гения. Ствол и покрывающая его кора – всё дерево было рукотворным. Каждая деталь была искусно проработана, чтобы заставить композицию едва ли не дышать жизнью.