– Зато я опять в центре скандала, – мрачно заметила Гарриет.
Сначала декан с ее «вам приснилось», «а вы уверены», «что вы делали в гостиной», потом допрос в кабинете Дамблдора – Снейп спрашивал, директор его осаживал, получалась игра в плохого и хорошего полицейского. Девочка устала, не выспалась, в мыслях царил полный бардак. Сова принесла записку от Хагрида с просьбой о встрече, и прогулка в его компании по свежему воздуху немного облегчила головную боль.
Великан переживал из-за гиппогрифа, которому стараниями Малфоев грозила казнь. Гермиона посоветовала, как вести себя на комиссии, упирать на несоблюдение слизеринцем техники безопасности. Они с Роном просто посочувствовали.
– Слушай, Рон, – окликнула по дороге назад, – что там твоя крыса? Так и не появлялась?
– Уже месяц как, – расстроенно ответил он. – Братья говорят, издохла где-нибудь… Вроде и старый был, облезлый весь, а жалко.
***
Замок обследовали снизу доверху, усилили меры безопасности, но дементоров в школу не пустили. Невилл ходил, как в воду опущенный.
– Это я виноват, – жалобно говорил он. – Полная Дама сказала, что не разглядела в темноте лица, а пароль ей назвали правильный. Откуда Блэк его узнал? Да это же я потерял листок с паролями на ближайший месяц!..
Имя Лонгботтома давно стало синонимом забывчивости. Обвинять мальчишку в произошедшем она не собиралась, вряд ли закрытая дверь остановила бы азкабанского беглеца. Однако она не раз и не два замечала пристальные взгляды преподавателей. Те будто следили за ней. Гермиона подтвердила подозрения:
– За тобой присматривают, это точно. Не знаю, почему, но услышала пару фраз из разговора МакГонагалл и Флитвика: кажется, они считают, что Блэк приходил за тобой.
– У него была возможность напасть, – не согласилась девочка. – Мне даже защититься было нечем. Почему медлил?
– Может, растерялся, – пожала плечами.
То ли не зацикливаясь на случившемся, то ли специально для поднятия духа в следующую субботу был организован поход в Хогсмид. Поттер не собиралась оставаться из-за чьих-то домыслов, лишенных доказательств, поэтому как в прошлый раз под прикрытием мантии и карты проследовала к статуе ведьмы. Но сначала с удовольствием поболтала с Невиллом, которого лишили прогулки в наказание. Сыграли в карты, шашки, набросали эссе для Люпина – мальчишке тоже редко удавались защитные чары. Друзья в это время обходили лавки, Гарри все равно не могла составить им компанию в людных местах.
Ждали в оговоренном месте. Вместе прошлись по главной улице до самой станции, на обратном пути встретили большую компанию гриффиндорцев, включая близнецов и Джордана. Чтобы разминуться с шустрыми парнями, Поттер отошла в сторону. Пятикурсники настойчиво увлекали ребят за собой, не оставляя шанса на побег. Улучив момент, девочка помахала рукой в воздухе, дескать, всё нормально.
Добралась без приключений.
***
Профессор Бербидж отпустила пораньше авторов лучших эссе о вреде телевидения. Гарри спустилась на первый этаж, чтобы встретить друзей с урока по уходу за магическими существами и пойти на обед. Первым показался Малфой в компании своих громил. Он потирал щеку и болезненно морщился.
– Держи подальше свою чокнутую подружку, Поттер! – выплюнул зло.
Она растерянно промолчала, да Малфой и не ждал ответа. Шагнула навстречу своим, подмечая радостное выражение Рона и смесь эмоций на лице Гермионы.
– Что произошло?
Хагрид сказал ребятам о приговоре комиссии, гиппогрифа признали неконтролируемым источником опасности. Доводы лесничего учитывались вплоть до неосторожно озвученной правде о слишком гордом и самостоятельном характере зверя. Это всё решило. Малфою же хватило наглости высмеять скорбь великана в присутствии ее друзей. Гермиона не сдержалась.
– Знаю, ты лояльно настроена к нему, – степенно сказала девочка. Продолжила, игнорируя протестующую реплику Рона: – Но он переходит все границы. Ни уважения к статусу преподавателя, ни общечеловеческого сочувствия, ни хотя бы такта или умения держаться свое мнение при себе!
– Согласна, – вздохнула Гарри. – Он давно нарывался и правильно получил. Ты только не ходи пока одна по замку, ладно? Пусть успокоится. Если не безнадежен, сделает выводы. Я надеюсь, – проворчала себе под нос.
Рон целую неделю бурчал гадости про Малфоя, не мог смириться с предательской идеей о симпатии к слизеринцу. Гарри терпела, памятуя о вражде между семьями мальчишек и о множестве поводов для неприязни, которыми Драко щедро делился с миром. В последний день перед пасхальными каникулами, на которые в преддверии экзаменационной недели почти никто не уезжал, Гермиона прочитала другу лекцию о толерантности и необходимости уважать мнение и чувства других людей. Уизли надулся, но тему Малфоя оставил.