Каникулы пролетели под эгидой подготовки и легкой раздраженности. Сказывалась усталость: Вуд каждый день заставлял их летать, и Гарри видеть уже не могла снитч. Если раньше ловила его на скорость, всё больше влюбляясь в метлу, то теперь, зная, что капитан заставит отрабатывать время, летала вяло, на окрики Вуда реагировала через раз. Качество эссе ухудшилось из-за нехватки времени, профессора были недовольны. МакГонагалл, получив вторую незаконченную работу – должна же она хоть сколько-то спать, – орала при всем классе. Было дико обидно, Гарри мстительно представляла, как придет к Вуду накануне матча и скажет, что уходит из команды: не выдерживает нагрузку. Может, даже поплачет. Если бы не страх быть после отчисленной (декан найдет способ отомстить), стоило рискнуть уже ради зрелища.
Активизировались слизеринцы, решив вывести ее из строя любой ценой. По коридорам невозможно стало передвигаться, от словесных оскорблений некоторые переходили к подножкам и толчкам. Вуду пришлось организовать конвой для сопровождения между классами и до гостиной. Копящееся напряжение не могло не найти выход, но случилось это на зельеварении, о чем Гарри искренне сожалела. Профессор критиковал зелье, едко выговаривая за каждую допущенную ошибку – а было их действительно немало, в состоянии нервного возбуждения сложно с должной щепетильностью выполнять задание. Выслушав длинный список синонимов слова «бурда», девочка вытащила палочку, коснулась котла:
– Эванеско.
Содержимое исчезло. С первой же попытки. Было ли это следствием медитаций или злость пробудила неведомые силы, она не знала и не задумалась в тот момент.
– Что вы себе позволяете, Поттер? – отмер Снейп. Гарри широко улыбнулась.
– Делаю за вас вашу работу, – пропела елейным тоном. Класс замер, прислушиваясь. – Или вы надеялись пристыдить зелье словами, чтобы оно провалилось под землю?
– Закончили? – обманчиво любезно уточнил профессор после недолгого молчания.
– Еще одно, сэр, – хлопнула себя по лбу. Взмахнула палочкой, вкладывая намерение без конкретного заклинания. Колбы с образцами на столе Снейпа взорвались, брызги заляпали бумаги и оборудование, первые ряды отпрянули. Слизеринцы-отличники взвыли: их котлы уже были пусты, а результат трудов только что уничтожен. – Теперь, полагаю, всё.
– Класс, свободны.
Студенты растворились в миг. Невилл испуганно качнул головой, понурился и бросился к выходу. Рон отступал медленно, вцепившись в сумку и постоянно оглядываясь, пока Гермиона не потянула его за рукав, горячо нашептывая что-то. Аудитория опустела.
– Я ждал момента, когда вы проявите свою сущность, – произнес мужчина с глубоким удовлетворением. – Перестанете притворяться и покажете миру гнилое нутро. Ваш отец был таким же, – продолжал он, глядя прямо в глаза, подошел совсем близко, вторгаясь в личное пространство, и немного склонился, нависая с высоты своего роста. – Наглый, заносчивый, он также полагал себя исключительным магом, для которого не писаны правила… Сверхъестественное сходство.
– Могу лишь надеяться на это, – ласково проговорила Гарри прямо в узкое бледное лицо. – Ему вы тоже высказывали свои претензии? Или боялись? – Тонкие губы дрогнули. – Поэтому стали преподавателем? Чтобы безнаказанно травить детей вдвое моложе себя?
Снейп больно схватил ее за плечо. Судя по желвакам на скулах, он изо всех сил старался сохранить самообладание.
– Вы не знаете, о чем говорите, – сказал страшным голосом. Что-то появилось в выражении его лица такое, от чего боевой азарт поутих. – Не знаете, чего мне это стоило. Ваш отец… – тут он запнулся, зажмурился и сильнее сжал руку. Гарри обхватила его запястье – мужчина вздрогнул, открывая глаза, – потянула, но и близко не сравнилась силой с взрослым мужчиной. – Ваш отец стал причиной всему плохому в моей жизни, – с горечью прошептал Снейп. – Всему. И даже мертвым он продолжает…
– Северус.
Окрик прервал его исповедь. Оба повернулись к двери – там стоял Дамблдор. Хватка на ее плече ослабла, рука сползла ниже, на предплечье. Гарри ощутила мурашки. Заставила себя разжать пальцы, отпуская запястье профессора. Минули долгие секунды, прежде чем он отступил.
– Вы можете идти, мисс Поттер, – спокойно велел директор. – Минус тридцать баллов Гриффиндору за неуважение к профессору и провокацию конфликта.
Злость вспыхнула моментально – это она зачинщик?! Она постоянно нарывается?! Значит, дать ублюдку отпор – преступление в этой школе?!