- Улис, - начала я, когда он закончил телефонный разговор.
- Я вызвал наряд, неизвестно, правда, когда он прибудет с такой погодой. Буду ждать. Тебе лучше идти, - сказал он мрачно.
- Подожди. Я кое-что вспомнила…
Поведала ему о последних двух днях. Он слушал внимательно и сосредоточенно. После чего вынес вердикт:
- Я понял. Делаем так, иди к себе, никому пока ничего не говори. Посмотрим, что скажет полиция. Все равно до их приезда нельзя ничего тут трогать и осматривать. Если все так, как ты говоришь, то смерть Марты не может быть случайностью.
- Мне страшно, - произношу тихо, обхватывая себя руками.
Мужчина подошел ко мне и тронул за плечи. Этот жест успокаивал и будоражил одновременно.
- С тобой ничего не случится. Это я тебе обещаю, - он пронзительно заглянул мне в глаза, - пошли, я провожу тебя.
Следующие несколько часов прошли как в тумане. Девочки уже спали, когда я вернулась в комнату. А у меня сна ни в одном глазу. Не знаю, сколько я пролежала, глядя в потолок. Мысли крутились по кругу, и сознание почему-то упорно рисовало картину, где некто подвешивает безвольное тело молодой девушки в туалете. Понимание, насколько все серьезно и страшно, захлестнуло меня. Хотелось выть в голос, но я сжимала костяшки пальцев зубами, чтобы заглушить крик отчаяния.
Не в силах больше лежать и накручивать себя, я заставила себя успокоиться и отправилась в комнату Аниты. Как и предполагала, сестра уже спала. Наверное, Бонита сумела найти правильные слова и успокоила малышку. На миг я облегченно выдохнула. Хотя бы с сестрой сейчас все в порядке. Но я уверена – вопросов от нее завтра польется по полной. Нужно придумать, как правильно все объяснить, чтобы не сломить нестабильную, итак расшатанную после пропажи родителей детскую психику.
Иду по темным, безликим коридорам в сторону уборной, где нашли труп. Но он оказался закрыт. Зато я заметила Улиса, шествующего прямо на чердак. Украдкой подсмотрела, как он внимательно осматривал голову и шею Марты. Любопытство взяло верх.
- Что-то увидел?
***
На следующий день занятия возобновились, и мне приходилось делать вид, что ничего не произошло. Только актриса из меня так себе, поэтому ребята быстро раскусили мои «все хорошо» и «просто не выспалась».
- А теперь говори правду, - Аарон, Ирена и Айноа прижали меня к стенке, после того, как пару по истории провел не Улис, а какой-то другой преподаватель – дядечка с седыми волосами и бородой.
Больше не могу держать в себе этот страх.
- Марта Робетсон мертва.
Ответом послужили три пары испуганно выпученных глаз. Господи, что же я творю!
- А теперь подробней и с самого начала, - потребовала Айноа.
- Если говорить с начала, то странные предпосылки случились три дня назад. Я нашла ее на полу в коридоре ослепшую.
- Чего?!
- Как так?!
- Нам ты не говорила!
- Я знаю, ребят, знаю, простите. Тогда я не придала этому значения. Мало ли, голова закружилась или еще что. Но на следующий день ее тошнило в туалете. Сильно тошнило. Буквально выворачивало наизнанку. Я даже в шутку предположила, что она беременна, но она сказала, точно нет. И сказала, что на выходных ее заберут родители, чтобы отвезти к доктору в городе. Видимо, она жаловалась им на свое самочувствие…
- А в наш медпункт она обращалась?
- Нет, она отказалась, когда я предложила ей. Да и что наша врач сделала бы? Давление померит, температуру и все на этом. Это же не больница и диагностических приборов никаких нет, - я растерянно развела руками.
- Потом что? – терпеливо спросил Аарон, сложив руки на груди.
- После того случая живой я ее уже не видела. Вчера ночью мы нашли ее повешенной в туалете. Вернее, моя сестра ее нашла. Закричала на весь колледж.
- Охренеть!
- Господи, - прошептала Ирен.
- Мне кажется, ее убили. На ее шее есть след от укола. Декан разбирается с этим.