Улис. Мой Улис. Что же нам делать?
Вместо слов немного прихожу в себя. С трудом, но отцепляюсь от натренированного, напряженного тела. Надо уйти, оставить его. Надо побыть наедине с собой, подумать. Надо, надо, надо…
Истинно мне надо только этого мужчину. Но об этом никто и никогда не узнает.
- Мне пора, - впервые подаю голос, наполненный невыносимой болью.
Пока мой декан ничего не успел ответить, быстро покидаю спальню, оставляя мужчину наедине со своими мыслями.
Улис
Меня буквально разорвало на части, когда мои губы, наконец, завладели Ее телом и разумом. После стольких дней в мечтах и представлениях вот она! Вся моя! Вкусная, сладкая, невыносимо сексуальная, но в то же время скромная, застенчивая, эмоциональная и ранимая девочка. Ее вкус, как глоток чистой прохладной воды в жаркой пустыне. Еще никогда я не чувствовал себя настолько живым, свободным от предрассудков и клише. Я готов был порвать эту чертову форму на Софии, готов взять ее всю без остатка, упиваться ею, захлебываться, как наркоман в последней дозе. А она такая нежная, ласковая, податливая, отзывчивая. Но именно эта самая отзывчивость меня и остановила. Вставила на место мозги так, будто мою голову насквозь пронзила пуля.
Протяжный стон, выдающий абсолютное девичье желание и наслаждение отрезвили только так! Мимолетом пронзила мысль о том, что же я творю? Ведь сам не понял, как потянулся за поцелуем. Как поднял девушку на ноги, как сгреб хрупкое тело в охапку, прижимая к себе все ближе и ближе. И когда она простонала мне в губы, этот звук прошел через всего меня таким мощным возбуждением, что я мигом оторвался от соблазна! Потому что идиот. Потому что понимал, что, стоит продолжить дальше, и я уже не остановлюсь. Член в штанах стоял колом, призывно дергаясь при каждом прикосновении Софии к моим участкам тела. Даже через одежду я ощущал мягкие пальчики с острыми ноготками. Они посылали сумасшедшие импульсы в кровь, которая, казалось, сейчас закипит от переизбытка эндорфинов.
Понадобилось какое-то время, чтобы заставить свое тело успокоиться, а мозгу начать ясно соображать, но я все равно удерживал ее прелестное личико в ладонях. Просто не мог отпустить. Мои руки – стальные оковы, и я не в силах был разжать их. Сознание кричало «отпусти», а чувства искренне недоумевали, как можно это сделать, когда хочется утащить малышку в свое логово и никогда не выпускать из своих объятий.
Из нас двоих сильней оказалась она. Пробормотав что-то заплетающимся языком, моя девочка пулей выскочила из спальни, оставив меня наедине со своими тараканами и полным непониманием, что делать дальше.
Глава 15.
- Софи, мы собираемся спуститься еще раз через подземный люк в библиотеке, - оповестила меня Айноа.
Прошло два дня с момента смерти Марты, и я рассказала ребятам о ее дневнике. Теперь нам всем стало ясно, что в колледже происходят какие-то страшные вещи, и мы не можем оставаться в стороне. А еще во мне глубоко засел сумасшедший поцелуй с Улисом, который занимает все мои мысли. И чтобы как-то унять бесконечную дрожь в теле от постоянно накатывающих воспоминаний, я готова даже забить на все его предостережения и окунуться с головой в дело. До сих пор не могу понять, что между нами произошло и как это интерпретировать. После той встречи мы не пересекались, что, наверное, хорошо. По крайней мере, для меня. Я не смогу спокойно и непринужденно смотреть в глаза мужчине, словно ничего не было. Скорее всего, ему так же неловко, и он уже сто раз пожалел о содеянном. Боюсь, когда нам все-таки придется столкнуться лицом к лицу, я со стыда сгорю. А пока есть возможность отвлечься, буду ей пользоваться.
- Толковая идея. Я с вами.
Мы как раз шли после окончания занятий к себе в комнату, чтобы переодеться. Ирена уже тут, что-то печатает на компьютере.
- Во сколько собираемся? – я уточняю у девочек, не замечая ничего странного.
- В девять. Парни соберут рюкзаки со всем необходимым, - с каменным лицом отвечает блондинка, косясь в сторону подруги.
К слову, Ирен никак не реагирует на диалог, что теперь уже кажется весьма странным. Она продолжает пялиться в монитор, пока мы с Айноа сверлим ее взглядом. Так, так, что же произошло за то недолгое отсутствие, что меня не было?