Жалко, что бывший напарник и коллега оказался чистоплюем и откровенным слабаком. Вдвоем с ним мы бы много чего натворили. Что же, пусть остается тем, кем стал, живет себе, сопит в две дырочки, косит свой изюм. А я и сам справлюсь. Получу нужную мне сумму, всю, до последней копеечки, и, пожалуй, съеду из страны. Поменяю обличие и начну новую жизнь с красивого чистого и белого, как горные снега, листа.
Глава 10
Инструктор по прозвищу Мастер
Вытер краешком простыни пот со лба, отодвинул от себя недопитую кружку с чаем и потянулся за сигаретами. Сам обычно не курю в бане и другим не разрешаю, но после сегодняшней встречи с куратором душа постоянно требовала никотина, настолько, что я с трудом сдержался, чтобы не задымить посреди ежедневной разминки.
— А знаешь, — вдруг спросил он, — чем зарабатывает на хлеб твой напарник?
— Бывший напарник, — поправил я. — Понятия не имею, — кое-какие мысли по этому поводу у меня, конечно же, были, только не было фактов, да и не нужны мне эти факты.
— Он убивает людей! — вдруг заорал он.
Я приоткрыл окошко, чтобы немного выветрился дым и демонстративно посмотрел на часы.
— Слышал, что я сказал?
— Слышал, — тихо ответил я. — И что?
— Ты что, не понял?
— Да все я понял, уважаемый Иннокентий Семенович.
— И ты так спокойно об этом говоришь? Он убивает людей!
— А кого, по-вашему, он убивал долгие годы, с моей, между прочим, активной помощью? — я опять закурил, хотя не собирался. — Дождевых червей или майских жуков?
— Тогда вы исполняли свой долг, — торжественно пробубнил он.
— У вас есть доказательства?
— Считай, что есть.
— И кого он уложил? — поинтересовался я… — Рабочих? Представителей колхозного крестьянства? А может быть, учителей начальной школы?
— Нам стало известно, по крайней мере, об убийствах трех уважаемых людей.
— Уважаемых, значит, не очень бедных?
— Да.
— И у каждого из усопших, подозреваю, была своя собственная охрана и служба безопасности?
— Конечно, была, — удивился он. — К чему это ты?
— А то сами не понимаете, — отмахнулся я. — Если у вас все, извините, мне пора.
— Погоди, — он вцепился двумя руками в кресло, видимо испугался, что я начну выкидывать его из машины посреди улицы. — Что ты хочешь этим сказать?
— Да только то, что все эти люди, для того чтобы стать богатыми и уважаемыми, — заорал я в ответ, — сами покрошили кучу народа или приказывали это делать. Вот, собственно, и все.
— Значит, их теперь тоже можно убивать?
— А черт его знает, — устыдившись собственного крика, я немного приглушил звук. — Может, и нельзя. Только все это — не мое дело. Есть милиция, ФСБ, в конце концов, у каждого, как вы сказали, уважаемого человека полно здоровенных битюгов с пушками. Пусть работают.
— Ильин, — укоризненно проговорил он. — Ты часом не забыл, что являешься офицером резерва? — и многозначительно добавил: — Действующего резерва.
— Вы только что мне об этом напомнили — любезно ответил я, успокоившись.
Кстати, в действующий резерв я попал далеко не сразу. Сначала военно-врачебная комиссия присвоила мне третью группу инвалидности. А уже потом меня пролечили по-настоящему и за немалые деньги. Это дело оплатил фонд Бацунина, есть такой достаточно небедный мужик, один из владельцев «Росмеда», в прошлом боец спецназа ГРУ. Если бы не он и не доктор Львов, фиг бы я был тем, кем стал. Валялся бы себе дома, изредка отваживаясь на рейд до ближайшего магазина. А так через год инвалидность с меня сняли и заодно на две трети уменьшили пенсию. Как говорится, спасибо, Родина, за новые протезы, ура! Теперь хожу, вот, трясу мышцой на зависть окружающим и терплю насмешки профессионалов.
Коля, мой коллега, помнится, тоже не забыл вставить пару слов по этому поводу.
— Ну, до чего же здоров! — восторженно проорал он и принялся мять железными пальчиками мои многострадальные бицепсы с трицепсами и прочей чепухой. — Вылитый Рембо — и вдруг ударил.
Признаться, чего-то подобного я ожидал, и все равно толком не успел среагировать, уж больно он быстр, мой бывший. Его кулак остановился в каких-то паре миллиметров от моего живота. Он опустил голову и посмотрел на мою ладонь у своего горла со сложенными в виде наконечника копья пальцами.
— Неужели успел? — удивленно спросил он.
— Нет, — сознался я. — Припоздал.
— Все равно здоров, — молвил он. — Самый настоящий супермен. Кстати, не заскучал еще, супермен?