— Есть работа?
— К вечеру будет, — ответил я. — Поедем на базу.
— Лечу! — восторженно заорал он и, уверен, стартовал сразу с четырех копыт и помчался, сшибая телеграфные столбы и зазевавшихся прохожих.
Мальчуган давно уже грезит наяву побывать там. Бедный наивный ребенок на полном серьезе убежден, что именно где-то в деревне, в подвале или за печкой и хранятся все мои несметные богатства, большие такие мешки с импортной наличкой. И очень ему, давно заметил, хочется все это унаследовать, а меня просто-напросто грохнуть, чтобы не стоял между ним и будущей красивой жизнью. Будем считать, что именно сегодня мечта сбылась.
Не думаю, правда, что это его обрадует. Нет там никаких денег и быть не может. Честно заработанное нужно хранить в банках на номерных счетах, что я и делаю. И никак не иначе, а то либо соседские алкаши найдут, либо погрызут мыши. Впрочем, расчет Витенька сегодня обязательно получит, причем, окончательный. Его убьет мой коллега. А я, в свою очередь, убью его. Веселый нынче ожидается вечерок в тихой подмосковной деревушке с романтическим названием Дрозды.
Глава 46
Мент
— Как говаривал один мой бывший препод, уже лучше, но пока «два», — покачал головой Ильин. — Легче ступай, учили же! Шаги покороче и носки вовнутрь.
— Зачем?
— Затем, что я так хожу. Под ноги смотри.
— Думаешь, растяжек понаставил?
— Очень даже может быть, — и замолчал.
— Ладно, долгие проводы — лишние слезы, — раскатал края вязаной шапочки, и она превратилась в маску с прорезями, и вышел из машины.
— Удачи, — послышалось вслед.
— И тебе того же, — буркнул я и зашагал к дому на окраине деревни, здоровенный, как шкаф с дверцами.
Нынче вечером мне предстояло изображать Ильина, поэтому пришлось нацепить под его куртку целых два свитера и бронежилет между ними. Очень хотелось верить, что наша наивная хитрость сработает, и киллер не догадается о подмене. Или догадается, но не сразу.
Обогнул через сухую ветку на тропинке, остановился и замер с поднятой ногой. Растяжка оказалась именно там, куда я собрался ступить. Перешагнул через тросик и едва не напоролся на следующий. Замер, переводя дыхание, и огляделся. До участка: скромного одноэтажного дома, пары неумных сараев и чего-то, напоминавшего баню в глубине, у самого забора, оставалось метров двести, совсем ничего. Обойти на карачках кустарник, а дальше — мимо сгнившего, еще, небось, во время перестройки, трактора от дерева к дереву, где ползком, где короткими перебежками. Вот тут-то меня обязательно заметят.
Из-за туч вышла луна, лучший друг диверсантов и воров. Светло стало, как вечером под фонарем. Я вздохнул и двинул дальше, старательно косолапя.
Глава 47
Инструктор по прозвищу Мастер
Мы удивительно мило пообщались с бывшим коллегой по телефону. Надеюсь что сподобился как следует его разозлить, по крайней мере, очень старался. Теперь, если дело дойдет до стрельбы, в голову Коля целить не станет, постарается для начала подранить, чтобы потом с удовольствием добить, а перед этим что-нибудь такое сказать на прощание. Водится за моим бывшим такой грешок.
Последнее скотство, конечно, посылать молодого под пулю, а самому отлеживаться в засаде, но как раз тот самый случай, когда иначе нельзя. Если Климов, выражаясь языком охотников, выйдет на номер, Сереге один в один с ним ни за что не управиться.
А выйти он должен, и я даже знаю, куда. Дело в том, что буквально через неделю после той незамысловатой комедии под названием «Купи домик в деревне» я совершенно случайно встретил в одном очень приличном кабаке продавца элитной недвижимости на окраине глобуса Подмосковья. Мужик, что называется, гулял по-сизому. В новехоньком, с не срезанной биркой костюме, с видимым отвращением пил виски, явно тоскуя в душе по родной «белоголовой», неумело дымил сигарой и трескал фуа-гра
Завидев меня, бросился на шею и, дыша выпитым, принялся молотить какую-то чушь. А перед тем как приземлиться личиком в десерт, рассказал одну интересную историю, больше похожую на сказку.
Как выяснилось, кусок проданной им родины, родовым гнездом никогда не был, его приобрел в конце шестидесятых родитель очкарика, мелкий чинуша районного исполкома. Причем, сделал это за сущие копейки, потому что дом с участком считался конфискатом. Прежде он принадлежал одному мужику средних лет, одинокому и нелюдимому, перебравшемуся в Подмосковье в самом конце эпохи Никиты-кукурузника, как поговаривали, с Северов.
В один прекрасный день к нему, вернее за ним, пришли. Люди в красивой синей форме и в штатском подождали, пока вернувшийся домой хозяин зажжет свет на кухне и включит телевизор в горнице, после чего подобрались незаметно и вошли. В двери и окна одновременно.