Он оторвался от её груди и, приподнявшись на локтях, наклонился над её губами. Он едва коснулся их, как она приоткрыла рот. Она ещё не хотела его, ещё подыгрывала, однако, он не нуждался в её фальшивом желании: он жаждал настоящего.
Его горячее дыхание неудержимой волной накрыло её шею. Лили млела, когда его влажные губы дюйм за дюймом изучали её шею, опускаясь к ключице: неизвестное желание, сопряжённое с томлением, отзывалось нытьём в паху. Она ощущала острую необходимость дотронуться до мужчины.
Он спустился к её животу, покрывая его пламенными поцелуями, и Лили запустила пальцы ему в волосы: стыд отступал, проигрывая страсти.
Мужчина прервал ласки и посмотрел на Лили. Она лежала с закрытыми глазами и игралась с его волосами, её лицо исказила досадливая гримаса: не будь она такой скромной, то возмутилась бы вслух, что он остановился, или притянула бы его обратно к своему животу, но Лили терпеливо ждала, когда он возобновит ласки.
Мучительное ожидание продлилось недолго. Губы мужчины проделали путь от её живота до груди, на которой задержались до первого всхлипывания Лили, затем поднялись к ключице, к шее, а после прижались к губам. Она приоткрыла рот, и на этот раз она не играла.
Как только его язык оказался внутри, Лили замерла и тут же расслабилась: его движения были настойчивыми, но не грубыми. Она таяла, когда он медленно скользил языком по её губам, а потом также медленно и дерзко властвовал в её рту. Напористость мужчины сводила с ума: потребность сблизиться с ним, слиться в единое целое, усиливалась. Лили обхватила его за плечи и привлекла к себе: не прекращая целовать её, он навалился на Лили. Она простонала, почувствовав приятную тяжесть его тела.
Насытившись её ртом, он слез с неё и россыпью мелких поцелуев пробежался до её лобка. Лили насторожилась, когда он разомкнул её ноги, и обомлела, когда он вместо того, чтобы овладеть ею, начал дразнить её слабыми касаниями губ по внутренней поверхности бёдер. Лили дёрнулась, но мужчина крепко держал её за бёдра, наслаждаясь её беззащитностью: его губы заскользили по тонкой коже к самому уязвимому месту. Пальцем он выписывал круги на лобке, наблюдая за реакцией Лили. Убедившись, что она доверилась ему и расслабилась, большим пальцем он немного надавил на клитор, и пока Лили не опомнилась, прильнул к нему губами.
Она забилась в агонии. Его язык уже совершал колебательные движения, напоминавшие сладкую пытку, с её соском, в её рту, но сейчас Лили думала, что потеряет рассудок: сладострастие становилось невыносимым.
Мужчина втянул в себя набухший бугорок и под мольбу Лили, замаскированную под громкие стоны, навис над ней на локтях. Он провёл членом по её клитору, она замерла в предвкушении. Но стоило ему порывисто войти в неё, как Лили пронзила жгучая боль, от которой она вскрикнула и вцепилась ногтями в его плечи.
— Ш-ш-ш, — прошептал он, — больно, я знаю. Сейчас пройдёт, — он успокаивал её долгими поцелуями. Почувствовав, что её напряжение спало, мужчина осторожно вытащил член и также неторопливо снова погрузил его в растянувшуюся нежную кожу. Он наращивал темп не спеша, отмечал, как меняется выражение её лица.
Боль стихла, и Лили полностью ослабела, приготовившись к пику своего наслаждения.
Она закричала, и мужчина, колыхнувшись пару раз, навалился на неё.
Лили гладила его волосы, упиваясь глухими мужскими стонами.
«Если я попаду в ад, — думала она с довольной улыбкой, — то пусть он окажется этой постелью».
Конец