- Точно, - подтвердил я. - А ты чего так вырядилась?
- Странно, что он нас не заметил, - пробормотала Рина, игнорируя мой вопрос.
- Ты в каком подъезде живёшь? - спросил я уже более дружелюбно. - Я провожу тебя домой.
Девочка посмотрела на меня с интересом, потом взяла меня за руку и потянула за собой.
- Пошли.
2. Потерянные
Сквозь густой туман мы пошли в соседний двор, потом в следующий за соседним, потом ещё дальше. По пути мы не встретили ни одного знакомого, но это и не удивительно. Все мои друзья сегодня должны были разъехаться: кто в летний лагерь, кто на море с родителями. И всё же, мне стало жутковато. Кто знает, кто или что таится в этом тумане? Я покрепче сжал руку Рины, чтобы она не боялась.
А между тем мы уходили всё дальше от моего дома. Я начал жалеть о своём предложении: если мама узнает, что я ушёл так далеко не предупредив, она меня убьёт. К счастью, вскоре девочка сказала:
- Мы почти пришли.
Я осмотрелся и не увидел ни одного жилого дома. Из тумана донеслись резкие звуки: бом-бом-бом! и я вздрогнул, а потом отругал себя за трусость. Это всего лишь церковь.
Рина продолжала вести меня вперёд. Мы вошли на территорию церкви, обошли здание и прошли в арку с крестом. Несмотря на туман, отблеск света от креста на секунду ослепил меня. Но я машинально продолжал идти за Риной.
Она провела меня мимо надгробий, крестов и венков по аллее кладбища. В какой-то момент она просто замерла на месте, уставившись в одну точку. Я посмотрел в ту же сторону и увидел надгробье.
Машинально я прочитал надпись на памятнике. “Октябрина Фёдоровна Самохина. 1920-1928 гг. Любимой доченьке. Прости нас за то, что не спасли”.
Я перечитал надпись несколько раз, пытаясь понять, что же я такое читаю. Мой взгляд скользнул выше, к фотографии девочки с косичками в берете. И тут, наконец, я всё понял. Или, скорее, разрешил себе поверить в очевидное. Октябрина. Рина.
- Ты… ты, - я запнулся, не зная, как высказать вслух свою догадку. - Это твоя могила?
Она просто кивнула и продолжила смотреть перед собой. Почему-то мне совсем не было страшно. Странно было бы бояться девчонки на голову тебя ниже. Даже, если она - призрак.
- Ты всё это время провела здесь совсем одна?
Я почувствовал за спиной какое-то движение, обернулся и чуть не вскрикнул. Прямо передо мной стоял мальчик в странной одежде. Такую я видел в учебнике в школе, но в наше время никто так не одевается. Разве что на Комик кон. Затем справа от меня появилась другая девочка, примерно нашего с Риной возраста.
- Нет, - ответила Рина, - не одна. Нас здесь много.
Ребята продолжали появляться со всех сторон, выныривая из тумана, один за другим. Новоприбывшие собирались рядом с могилой Рины, внимательно глядя на меня. Всего я насчитал девять детей: шестеро мальчиков и три девочки. Рина десятая.
Я начал кое-что замечать и удивился, как я мог не видеть этого раньше. Бледный солнечный свет, которому удавалось пробиться сквозь туман и тучи, обложившие небо, будто проходил сквозь фигуры детей. А ещё все они были одеты по-разному, но одинаково странно.
Одна девочка было одета в платье с кружевами и панталоны, как у старинной фарфоровой куклы, которую мы видели в историческом музее с мамой. Её красивые блестящие волосы были уложены кудрями, но лицо её было бледным, как мел, а в руках она держала кружевной платочек со следами крови.
Другой мальчик был одет в длинные мешковатых шорты и белую рубашку, а на шее у него был повязан красный платок. “Пионерский галстук”, - всплыли в памяти слова мамы, - “у меня такой тоже был”. У этого мальчика было одутловатое синюшное лицо и глубокие круги под глазами.
Несмотря на свою странность, дети не были агрессивными. Похоже, они рады были меня видеть.
- Не приставайте, - равнодушно сказала Рина и дети, как по команде, отступили от меня, будто схлынула морская волна.
- Почему вы здесь, а не… ну, не знаю, в другом мире? - спросил я. - Почему вы не ушли?
- Мы не хотим уходить, - довольно холодно ответила Рина. Затем продолжила более мягко. - Да и поздно уже. Ворота открываются только один раз. И если ты не прошёл, то застрял здесь.